— Мисс, — произнес он со странным акцентом. Так не говорили местные жители. — Мисс, я рад, что все живы. Значит, мы успели вовремя. Не подскажете, чьи земли находятся севернее Пустоши?

Откуда этот человек узнал, что она девушка? Эрику всегда путали с мальчиками, когда видели впервые. А незнакомец с первого раза правильно определил ее пол. Ой, а что это у него за спиной? Меч? Настоящий меч? Так, выходит, перед ней настоящий боевой монах Ордена Избранных! Значит, своей магией монах угробил подбирающихся к ним со спины морфов?

— Мы подданные барона Каньяра, — сглотнула слюну Эрика, продолжая стоять на коленях. — А живем мы в Лосином Холме. Полдня пути отсюда.

— Вот и отлично, — монах жестом показал, чтобы девушка поднималась с колен. — Мы, пожалуй, заглянем к вам в гости.

Глава четвертая

Всю дорогу Эрика вслушивалась в разговор незнакомцев, так удачно вмешавшихся в неравный расклад боя между морфами и людьми. Она с благодарностью смотрела на монаха и трех мужчин, связанных какой-то непонятной для нее и остальных охотников тайной. Как они очутились в Пустоши? Зачем ехали здесь, а не по верхней тропе, начинавшейся в десяти милях от восточной межевой границы? Брат Симон, как назвался монах, честно сказал, что их отряд просто срезал часть пути, надеясь миновать предгорья со стороны, но не сразу понял, куда попал.

— Неужели вы не слышали о Волчьей Пустоши? — Лежебока скривился как от зубной боли. Ему приходилось ехать сбоку от основной группы, потому что охотники оттеснили его и Гвоздя в сторону. Никто из охотников не забыл, как клановые охранники оскорбляли Эрику, и были настроены решительно набить морду двум наглым парням. Сдерживало их присутствие чужаков. Свои разборки не следует выносить на всеобщее обозрение.

— Откуда бы мы могли услышать? — удивился монах. — Наш путь начинался от Гранд-Каньона с причудливыми отклонениями к югу и юго-западу. Потом от Чертовой Скалы вверх по течению реки. Вышли к холмам, миновали развилку — и оказались здесь.

— И слава Небесам, — пробурчал Кривой Пит, крепко держа поводья. — Еще бы пара минут — и всем нам выпустили бы кишки. Вовремя, парни, вы появились в Пустоши!

— Порой нас ведет провидение, — кивнул монах, переглянувшись с одним из своих товарищей.

Эрика заметила, что с Симоном постоянно находится высокий, с трехдневной щетиной, скрывающей страшный шрам от виска до глаза, мужчина. Он то и дело пальцем приподнимал край шляпы и внимательно оглядывал местность. Похоже, его деятельность сводилась к охране мага, или же между ними существует тщательно скрываемая тайна. Остальные двое более расслабленные. Они запросто болтали с охотниками, делились сигаретами. Но для внимательной девушки стало понятно, что лишнего мужчины не выболтают. И звали их странно. Вон тот, со шрамом — Алекс, его в шутку называют археологом. С Кривым Питом все время находится Канадец — с лицом, похожим на пережаренный тост. Артишок — еще один путешественник — все время вертится в седле, словно поездка на лошади доставляет ему неудобство. Так он и признался, что натер зад за все время путешествия, а мозоли превратились в одно окаменевшее пятно.

За половину дня выросший в численности отряд миновал место вчерашней ночевки и существенно сократил путь до Лосиного Холма. Уже показались знакомые перелески, Каменный Ручей — причудливое русло невидимой реки, полностью выложенной валунами различных размеров, камнями и булыжниками. Где-то под их гранитной тяжестью журчали потоки воды, но еще никто не мог выяснить точно, прячется ли там река, или только мелкие ручейки вызывают эффект водного потока. Пробовали раскидать камни и углубиться в русло, но ничего не выходило. Каменная подушка была настолько мощной и прочной, что все, кто пытался докопаться до воды, махнули рукой. Черт с ней. Течет да течет. Вреда никому, а зато сколько тайн.

К радости Эрики мужчины решили не останавливаться на ночлег, а двигаться дальше. До дома оставалось не больше двадцати миль — сущие пустяки, если пустить лошадей в галоп. Правда, девушка едва сдерживала смех, когда низкорослые лошадки пришельцев семенили за своими крупными родственниками. Тем не менее, "мексиканцы", как их называл Алекс, вполне бодро скакали без устали.

Лосиный Холм показался в тот момент, когда солнце окончательно нырнуло за гребень далеких скал, покрытых густым ковром лесов. Сразу похолодало и потянуло сыростью. Эрика перевела дух. Успели! Они галопом проскочили ворота, и их тут же закрыла суетливая стража. Морфов опасались, несмотря на их привычку обходить населенные места. К людям твари старались лишний раз не соваться, а вот сцапать зазевавшегося путника — с превеликим удовольствием!

Эрику ждали. Сам Харлан-Свисток в нетерпении расхаживал по открытой веранде и нещадно дымил трубкой. Запах хорошего табака разносился по обширному подворью. Соскочив с лошади, она отдала поводья работнику, и пошатываясь от усталости, побрела к дому.

— Эрика, ты привезла то, что хотела? — без предисловий спросил Харлан. Он уже заметил, что отряд прибыл с пополнением, но первым делом обеспокоился за травы.

— Да, все здесь, — потрясая мешком, сказала девушка.

— Я бы хотел попросить тебя заняться изготовлением мази, — непререкаемым голосом произнес лорд, а сам уцепился взглядом за стоящих возле лошадей монаха и его друзей.

— Конечно, я сейчас же займусь, — лорду нельзя отказывать. Эрика кивнула и побрела в сарай, где она сушила разные травы и изготавливала снадобья. Давно надо у барона выпросить комнатку для работы. Может, через Харлана попробовать? Пока он здесь…

— А кто это с вами? — спросил ее в спину лорд.

— Путешественники, едут на запад, — ответила Эрика, едва не запнувшись. — С ними монах Ордена…

— Я вижу, что монах, — оборвал ее Харлан. — А зачем им туда надо? Не говорили?

— Нет, господин, — отрицательно помотала головой девушкой, и так как лорд больше не спрашивал ее, быстренько скрылась в сарае.