– Сегодня утром я была одна, – сказала Клэр сестре, понизив голос, чтобы ее не услышал отец. – И обнаружила корзину для белья посреди коридора. А между тем всего десять минут назад ее там не было. И кроме меня, в доме действительно никого не было.

– Может быть…

– Не может! – твердо сказала Клэр. И снова понизила голос: – Такое случается уже не первый раз. – Она рассказала, как пришла домой на прошлой неделе после их совместного обеда и обнаружила корзину для белья в середине кухни. Затем о том, как пластинка Джулиана играла сама собой, хотя наверху никого не было, а сам Джулиан находился вне дома.

– Ты делаешь это всякий раз, когда переезжаешь. Послушай, в твоем новом доме нет никаких привидений, и в твоем старом доме не было никаких привидений, и я уже начинаю думать, что и в твоем доме в Калифорнии тоже ничего такого не было. – Сестра бросила на Клэр извиняющийся взгляд. – Прости.

Клэр вздохнула и покачала головой.

– Тебе не за что извиняться.

– Ты все время это делаешь.

– Может быть, ты и права. Просто…

– Я знаю, о чем ты сейчас думаешь. Даже не говори о том, что у тебя на уме.

Они какое-то время молчали, вспоминая. И слыша, как отец копает землю садовым совком.

– Да, кстати, – сказала Дайэн, резко меняя тему разговора, – ты слышала про мистера Отано из библиотеки? Его увольняют по сокращению. Урезали бюджет.

– Он же там работал, еще когда мы с тобой были детьми.

– Теперь библиотека будет открыта только по понедельникам, средам и пятницам с одним-единственным библиотекарем, работающим на полставки, а все остальные перейдут в категорию волонтеров.

– Ничего себе.

– А ты помнишь, как я одно время подумывала о том, чтобы стать библиотекарем? – Дайэн покачала головой. – Слава богу, что я передумала и не пошла по этой стезе.

– А я всегда считала, что она подошла бы тебе больше.

Дайэн пожала плечами.

– Люди перестали читать. Но спрос на электричество все растет.

– Неутешительно, но верно.

Они вошли обратно в дом, чтобы помочь матери накрыть стол к обеду. Перед тем как начать готовить, она сказала им, что на обед будут сэндвичи с беконом, помидорами и салатом, однако, когда сестры вошли в кухню, мать подогревала на плите ячменный суп. Клэр ощутила укол беспокойства. И ее, и Дайэн тревожило, что в последнее время у их матери начала появляться забывчивость, но Клэр надеялась, что все дело просто в отсутствии нужных ингредиентов и речь не идет о симптоме потери памяти. Она бросила на Дайэн взгляд, поняла, что сестра думает о том же, и, откашлявшись, сказала:

– Я думала, на обед у нас будут сэндвичи, мама.

Та вздрогнула от неожиданности и подняла глаза.

– А, это. – Она улыбнулась. – Да, вы правы. Сначала я тоже так думала. Но оказалось, что у нас нет бекона. И помидоров.

Почувствовав немалое облегчение, Клэр подошла к мойке, чтобы вымыть руки, и они с сестрой начали накрывать на стол. Дайэн выставляла на столешницу чашки и суповые тарелки, а Клэр занималась столовыми приборами и салфетками. Десять минут спустя они позвали в дом отца, и все четверо сели за стол.

За едой они обсуждали семейные дела, родню со стороны мужей Дайэн и Клэр, внуков, последние сплетни, пока их отец, прихлебывавший суп, хмурясь, не посмотрел на Клэр.

– Знаешь, – сказал он, – недавно ночью мне приснился сон про ваш дом.

Она отложила ложку, чувствуя покалывание в коже предплечий, и бросила быстрый взгляд на сестру.

– И что именно тебе снилось? – спросила Дайэн.

Отец опять нахмурился и покачал головой.

– Точно не помню. Но это был какой-то кошмар, потому что, по словам вашей матери, во сне я метался и кричал. Ей пришлось меня разбудить.

– Да, пришлось, – подтвердила мать.

Сердце Клэр учащенно билось.

Отец заговорил снова, на сей раз медленно, и она не могла понять, является ли многозначительность, которую это придало его словам, намеренной или нет.

– Единственное, что я помню, – произнес он, и Клэр вдруг стало холодно, ибо она знала, что услышит сейчас, – это то, что мой кошмар был как-то связан с вашим подвалом.

Наконец-то ее подруги смогут остаться на ночевку в их доме, и Меган начала планировать эту пижамную вечеринку заранее, составив списки еды, напитков, игр, фильмов и вообще всего, что им может понадобиться. Она не хотела ничего оставлять на волю случая и по мере того, как каждый предмет из списков был либо найден, либо куплен, ставила галочку рядом с соответствующим пунктом. Ее родители даже устроили так, чтобы Джеймс отправился ночевать к Робби, а значит, почти весь дом будет в распоряжении ее подруг, и уже одно это с лихвой окупало тот факт, что с приглашением пришлось подождать.

Пусть дружок Джеймса и ночевал в их доме первым, зато у нее будет целая вечеринка. И она пройдет великолепно.

В день «Х» все шло как по маслу.

Пока что-то не пошло наперекосяк.

После обеда папа повез Джеймса к Робби, пока они с мамой пекли шоколадные пирожные и готовили соус для картофельных чипсов. Вернувшись, папа отвез ее в «Сейфуэй», где Меган взяла в прокате два DVD с экранизациями первых двух книг из знаменитой вампирской трилогии «Сумерки». К ней должны были приехать три ее подруги, и первоначально Меган планировала, что они вчетвером разместятся в гостиной, но отцу эта идея пришлась не по душе («Я не собираюсь жертвовать всем своим вечерним отдыхом ради твоих подруг», – сказал он, и ее так и подмывало ответить: «Почему бы тебе не найти себе еще какое-нибудь занятие, помимо сидения перед телевизором все ночи напролет?» – но нутром почуяла, что сейчас не время давать отпор). Тогда Меган подумала, не уложить ли двух подруг в комнате Джеймса (вот бы ее братец взбесился!), но поскольку это была именно ее вечеринка, она понимала, что те подруги, которым не доведется ночевать в ее спальне, сочтут себя ущемленными. А ей совсем не хотелось превращать их в своих врагов.