После открытия для себя этого заклинания, Рон надолго пропал в литейной, жонглируя по воздуху различными металлами и выделяя чистейшие образцы золота, железа, алюминия, платины…

С того дня раз в две недели Рон сутки проводил в литейной, переплавляя руду, по сути своей являясь генератором бесплатной плазмы и охладителем.

В бытность жителем своего родного мира, Рон слышал что-то про плазменную металлургию, но разум извлекает из памяти лишь смутные образы плазменных металлургических печей и неясные сведения о восстановителях, в коем качестве магловские промышленники использовали водород и углерод.

Что-то из этих сведений удалось применить, но многое пришлось придумать самим.

Зато теперь можно получать чистейшие образцы металлов, которые уже потом использовать для изготовления математически точных сплавов.

Уже сейчас Рон за сутки вырабатывает не меньше десяти тонн чистого железа которые тут же пускаются в дело. Это железо идёт исключительно на изготовление стали высшего качества, из которой делают мечи и броню — основная статья экспорта. Ведь эссоские дельцы согласны поставлять свои ископаемые ресурсы только в обмен на оружие. Такой вот коллективный заговор бизнесменов.

Также, теперь стало теоретически возможным производство титана. Валирийцы делали его не так, но кто сказал, что надо извращаться по-валирийски? Мечты о передающихся от солдата к солдату "валирийских" мечах близки к воплощению как никогда… осталось только узнать, как они обрабатывали титан дальше.

Следующим заклинанием в методичке значилось "Руки пламени". Это было не совсем заклинание, скорее модернизация щита пламени, только без кинетического барьера с внешней стороны. Согласно методичке, требует недюжинного контроля и предназначено для ближнего боя, по сути своей являясь дешевыми понтами.

Также в методическом пособии имелись отсылки к другим пособиям, включая также магию Секты Воздуха и магию Секты Холода. Рон полагал, что так они называли телекинез и криокинез.

"И где бы мне достать полный набор методичек?" — подумал Рон с досадой. — "Наведаться что ли в Валирию с полноценной экспедицией?"

Раздраженно плюнув себе под ноги, Рон выпустил ещё один огненный шар по деревянной мишени.

— Неплохо, да? — усмехнулся он, повернувшись к Джону Сноу, стоящему позади.

— Да, Ваше Величество. — кивнул тот.

— А всё из старинной бумаги! — наставительно отметил Рон, решив, что тренировок на сегодня достаточно. — Понимаешь теперь, насколько сильны знания?

— Понимаю, Ваше Величество. — снова кивнул Джон Сноу.

— Хватит на сегодня, я считаю. — Рон направился к броневику. — Сейчас едем домой, а завтра с утра будем разбираться с новоприбывшими.

По "новоприбывшими" Рон подразумевал восемь кораблей, полных истощенных пассажиров, прибывших к городу Кейлин накануне вечером.

Прибыли корабли со Светлого острова, где обретался небезызвестный Тайвин Ланнистер.

Житие у них было тяжкое, еда кончалась, холодно было как в Сибири, ещё и лёд охватывал пролив. СОЛЁНЫЙ пролив. Знаний физики, которые имелись в голове у Рона, хватало, чтобы понимать, что солёная вода замерзает только при очень особых условиях и очень неохотно образует плотные формирования. Ходить по такому льду невозможно, так как он обычно плавает пористыми кусками. А в проливе был именно плотный, сплошной морской лёд, по которому можно проехать на лошади.

"Нездоровая фигня" — подумал тогда Рон.

Ещё от беженцев поступили сведения, что Белые Ходоки приносили человеческие жертвы на том берегу. Это свидетельствовало о том, что лёд имеет противоестественное происхождение. Вообще, сплошной морской лёд образуется чрезвычайно редко, если речь не идёт о Северном или Южном полюсах, но даже там сотни метров льда появились не за один сезон.

Теперь Рон не знал, что делать с этими тысячами беженцев. Он никогда с таким не сталкивался. Случай с одичалыми, которые прятались в Волчьем лесу, в те старые времена, когда он управлял Рвом Кейлин, был другим. Они в принципе не нуждались в нём, способные существовать в лесах неопределённо долго. А эти горожане на пустой земле, даже если Рон не предпримет никаких действий, вряд ли выживут. Им конец хотя бы потому, что аборигены почувствуют их слабину и нападут при первой же возможности.

Дома Рона встретила жена, дети, горящий камин, тёплое вино, сытный ужин и… ворох бумаг.

Невольно ему вспомнилось восхищение отца компьютерами, которые должны были, по его мнению, наконец-то сделать бюрократию эффективной.

"Как они там? Хотелось бы их увидеть…" — в который раз подумал Рон с грустью, перебирая отчёты.

Приходится следить за работой собственной бюрократической машины, так как она ещё далека от совершенства. Бывают сбои, бывают эпизоды вопиющего бездушия по отношению к отдельным обращениям, так как этому миру вообще не свойственен гуманизм. Здесь смерть, несмотря на все прикладываемые Роном усилия, всегда ходит рядом, здесь на весть о том, что соседи умерли от голода принято пожимать плечами, младенцев хоронят гораздо чаще стариков — средневековье.