Линкольн поднял бровь.

— О, — это было лучшее, что я смогла выдавить, пытаясь остановить блуждающий взгляд.

— Никто другой не смог бы сделать то, что сделала ты. Как ты узнала, что это была иллюзия?

Я слышала слова, но то, как он говорил — тихо, интимно — создавало ощущение, что он говорит намного больше. Мурашки побежали по моим рукам, волоски на коже встали по стойке смирно.

Он протянул руку и открыл для меня бутылку воды.

— Спасибо, — сказала я, делая глоток. — Я видела этого изгнанника в мантии. Он был у входа, когда мы вошли в пещеру.

Он кивнул, сложив два и два.

— Так вот куда ты исчезала.

— Да. В нем есть что-то странное. Он очень стар, даже для изгнанника, но есть кое-что еще. Он не такой, как другие. Он не собирался с нами сражаться, и я не боюсь его.

Линкольн выглядел озабоченным.

— Не обманывайся, мы понятия не имеем, в чем его сила, — предупредил он. Комментарий был излишним. Меня и раньше обманывали.

— Эта комната, эти пещеры… все это было создано ангелами, чтобы нормальные люди никогда не обнаружили его. Это место было предназначено только для нас. — Сказала я, чувствуя дрожь другого рода.

— Для нас и изгнанников, — поправил Линкольн. — Они могут видеть дальше иллюзий ангелов.

— Да, — сказала я, глубоко вздохнув. Я не знала, как долго спала, но этого было недостаточно.

— Который час?

— Почти пять.

Я резко села. Мой желудок скрутило… я все еще была не в лучшей форме.

— Мы должны идти. Феникс будет там через пару часов. Не могу поверить, что ты позволил мне спать так долго!

— Расслабься. У нас есть время, а тебе нужно отдохнуть. Все встречаются в конференц-зале на первом этаже через час.

— О, — сказала я, не в силах сопротивляться желанию упасть на кровать.

— Знаешь, не так я представлял твое пробуждение рядом со мной в первый раз, — сказал Линкольн, улыбаясь.

Я собиралась начать одну из своих ментальных проверок, напомнить себе обо всех опасностях. Линкольн почему-то решил больше не сдерживаться. Он казался таким уверенным после того, что случилось с Нахилиусом. А у меня были сомнения. Но потом я вспомнила, что сказал Нокс. Он подтвердил это. Мы были родственными душами.

Это было то, чего я хотела.

Нас ничто не сдерживало.

Я представила, что мы сможем быть вместе, любить друг друга.

Но затем другая мысль заставила мою улыбку быстро исчезнуть, пока Линкольн наблюдал за мной, забавляясь. Я была уверена, что у меня глаза панды, неприятный запах изо рта и ужасные растрепанные волосы.

Он, наверное, хочет убежать с криком.

Я села.

— Извини, — сказала я, быстро отбрасывая простыню и вставая.

Убейте меня!

На мне не было штанов, только трусы.

— А-а… — начала я, чувствуя, как во мне что-то вспыхивает, совершенно не зная, что делать. Я не хотела кричать, но… О. Мой. Бог. Я стояла там перед моей второй половинкой в моих зеленых трусах Невероятного Халка!

Линкольн сдерживал улыбку и не сводил глаз с моих голых ног. Думаю, это было лучше, чем смотреть на мое пылающее красное лицо.

— Клянусь, я этого не делал, — сказал он. — Зои привезла тебя и уложила.

— Ну, спасибо за предупреждение, — сказала я, схватив полотенце с полки шкафа и обернув его вокруг талии.

— Ты быстро встала. Во всяком случае, я наполовину ангел, а не святой, — сказал он, его голос был более хриплым, чем обычно, и улыбка исказилась.

Я бросилась в ванную.

— Куда ты идешь?

— Душ! — прокричала я. — Подожди здесь, я вернусь через минуту.

Я закрыла дверь прежде, чем он смог ответить.

Пришло время выровнять игровое поле, если я хочу сохранить контроль.

Я улыбнулась себе в зеркало.

Посмотрим, у кого теперь преимущество!

Затем моя улыбка превратилась в гримасу. Я выглядела ужасно. Волосы свалялись в дреды, под глазами залегли усталые темные круги, а на шее и плечах виднелись грязные пятна. Я отчаянно жалела, что у меня нет с собой косметички Стеф.

Я включила воду и сняла майку и нижнее белье, быстро приняла холодный душ. Я использовала то, что у меня было, а именно подводку для глаз, тушь и блеск для губ. Быстро вытерла волосы полотенцем и несколько раз откинула их назад. По пути к двери я предусмотрительно завернулась в белое полотенце, позволив ему прикрыть важные части.

Линкольн смотрел в окно, но знал, что я вернулась в комнату. Я поняла это по тому, как он замер.

— Так-то лучше, — сказала я, расчесывая волосы пальцами, — так-то… лучше, — не оборачиваясь, сказал Линкольн.