– Ну, сам посуди!

– Идите-идите, я что – говорю, что-то против, что ли?

– Ещё мяса подложить? – Вова вытаскивал из котла остатки.

– Подложи, – Ефим выдохнул громко и указал глазами на свою «посуду».

– Всё нормально? – осведомился Вова.

– Не знаю, – ответил Ефим. – Что-то мне хуёвенько… Как пьяный… Голова кружится……! Ладно, идите – всё нормалёк. Просто, объелся – сейчас пройдет. Чай тащите! Пить охота!

– Ну,… мы пошли.

– Да, идите же уже! – Ефим закрыл глаза, чтобы быстрее ушли эти люди… за водой.

Так он просидел несколько минут, обдуваемый свежим вечерним ветерком.

Голоса Володи и Маши звенели (но не разобрать о чем), смешиваясь с шумом речки, где-то позади, в лесу, на берегу.

Напротив потрескивал костерок, это было слышно, и глаза открывать не надо.

А вот где-то наверху, как ему показалось, послышался всплеск, как будто большая рыба ударила по воде хвостом. «Ну, даже если и ударила, то, как это можно слышать – мы ушли вниз, наверное, на километр, а то и больше? Мне всё это снится, я устал, обожрался, плаваю в астрале, артишок в Амстердаме, монгольские степи, полет на Венеру… Вот – опять всплеск!»

Ефим открыл глаза.

Напротив, по соседнему, усыпанному мелким щебнем склону, спускался вниз (в лес от «кратера») человек в сером плаще-балахоне, почти таком же, как у них с Володей. Старик, как казалось издалека, нёс в руках, прижимая к груди, довольно большой камень. Ефим оценил, что для старика тащить такой камень, наверное, не легкая забава. Но старик шел размеренно, не выпуская камень, и спускался всё ниже и ниже к полоске леса. Еще минута и он скроется в лесу.

Ефим встал, вышел из-под сосны, чтобы его было видно, и громко свистнул.

Старик остановился, посмотрел на Ефима, наклонил голову в приветствии, и вновь тронулся в путь, не обращая внимания на то, что Ефим махал ему руками изо всех сил. Человек в сером балахоне растворился в лесу.

Ефим остолбенел! Он молча стоял и смотрел на соседний склон, ничего не предпринимая. Старик же видел его, поздоровался и…ушел! Как?! В такой глуши кто-то кого-то встретил, поздоровался издалека и… ушел? Такого не бывает! Показаться не могло! Он ясно видел старика. Утром нужно будет сбегать на склон, следы посмотреть. А пока… может Вове сказать, а то вдруг из-за кустов неожиданно… но не хотел бы чтоб его заметили, не тащился бы напротив по склону… а камень ему на хера? Большой камендуля! На хера? Что-то здесь… Надо следы посмотреть, обязательно… завтра!

– Чего свистишь? – веселая парочка появилась из-за спины. – Леших пугаешь?

– Леших? – Ефим медленно повернулся. – Каких леших?

– Ну, леших, – Вова улыбался – чего тут непонятного? – Леших-леших, которые в лесу живут и улюлюкают!

– Улюлюкают, говоришь, – Ефим почесал голову, украдкой взглянув на склон (старика не было). – Они не улюлюкают, они камни куда-то таскают.

– Не понял? – Вова подвешивал чан с водой над костром. – На хрена им камни?

– Вот и я думаю, на хрена. Но ведь таскают!

– Да, брат, ты объелся и видимо крепко поспал! – Вова наконец-то справился с чаном, разогнул спину и спросил ещё раз:

– Свистел-то чего?

– Тебя звал, – соврал Ефим, – пить охота! А вы там, в пятнашки играете – орете на весь лес, как мамонты!

– Да он нас ревнует! – Маша стояла и улыбалась, выпалив эту глупость.

– Да-а!.. – Ефим махнул рукой. – Никто вас… А-а… Задолбало…

И не договорив ни одной фразы, он присел обратно под свою сосну.

Посреди ночи, сквозь сон Ефим опять ясно услышал всплеск. Он открыл глаза. «Что-то там все же плещется!» – Ефим посмотрел через входной проем шалаша на «улицу». Поляна была освещена луной, как днем.

Костер потрескивал.

«Надо отлить!» – Ефим тихо, чтобы не будить ребят, поднялся и аккуратно вышел наружу.

Луна, уже не полная, как «шесть копеек», но всё ещё большая, висела над поляной, как огромный фонарь. «Красиво» – подумал Ефим, и пошел в тень, за дерево.

Вернувшись обратно, он увидел Володю. Тот стоял и смотрел на склон, по которому вечером…

– Ты про него говорил? – шепотом спросил Вова, кивнув в сторону горы.

По горе, в том же точно месте, спускался так же медленно тот же старик, тащил камень. Потом он вдруг приостановился, повернулся к парням, кивнул и вновь пошел и растворился в лесу.

Парни несколько секунд стояли молча, рассматривая склон.

– Пойду, отолью, – спокойно, как он умеет, сказал Вова.

– Ага, – согласился Ефим, не отрываясь от склона.

Вова зашел в тень дерева.

Ефим по привычке подбросил дров в костер (который тут же яростно затрещал) и тихонько направился в шалаш за плащом – спать уже не хотелось, решил посидеть у костра.

Тихо пробравшись, пытаясь не разбудить Машку, Ефим потянулся за плащом… и резко отдернул руку – Вова мирно спал по другой бок Марии!