— Только из-за дома?

— Ну уж точно не из любви к тебе.

Глаза его сверкнули тёмным огнём. Я задела мужчину за живое. Он сделал ещё один осторожный шаг.

— Елена, хватит. Отдай его мне.

— Не подходи, сказала!

— Лена, — покачал он головой. — Отдай!

Мужчина не боялся, он шёл напролом прямо на кинжал. Что ж, раз уж ты не боишься за свою жизнь, то, может, побоишься за мою? Быстро прижала лезвие к своей шее. Виктор остановился. В его глазах, наконец, мелькнул страх.

— Отойди, — почти прорычала я ему.

Барон стоял на месте, не сводя глаз, широко расставив ноги.

— Ну? — для правдоподобности я слишком сильно надавила на шею острым кончиком кинжала, проткнув всё же тонкую кожу. Зашипела от боли. По шее потекла тонкая и тёплая алая струйка. На миг зажмурилась, и это стало фатальной ошибкой.

Почувствовала сильную боль в руке. Мужские пальцы сжали моё запястье так, что рука выпустила кинжал, который со стуком упал нам под ноги, а я оказалась прижата крепким телом к стене. Виктор отшвырнул ногой моё оружие. Мне не достать до него. Я перевела взгляд на гневное лицо мужа. Что теперь он сделает в ответ?

— Что ты вытворяешь, чёрт тебя возьми, женщина? — прорычал он мне в лицо. — Ты перешла все грани.

— Не нравится? Разведись! — крикнула ему, глядя с вызовом.

Гнев подавлял мой страх. Мужчина молчал, переваривая сказанное мной.

— Разведись со мной, Виктор. Отпусти меня.

— Вот к чему ты клонишь. — лицо его стало ещё более суровым и серьёзным. Я понял, — муж положил пальцы на мою шею и медленно начал сдавливать. Что это он делает, Господи?! Стало трудно дышать даже. — Хочешь развестись? А дальше? На что ты собираешься жить? Денег у вас нет. Что молчишь?

Я только нервно глотала, не отрывая взгляда от его глаз, полыхающих алым огнём.

— А я тебе скажу. Станешь куртизанкой. И будешь спать не с одним только мужем, а с многими желающими твоё юное тело. Елена, не буди лихо. Сейчас тебя спасает от моего гнева только то, что я схожу по тебе с ума. Но моё терпение на исходе. Если ты ещё раз позволишь себе фокус с кинжалом — я тебе устрою ад на земле. И сегодня я накажу тебя. Ты поняла меня? — мужчина тряхнул меня, как куклу.

— П-поняла, — ответила прилипшим от страха языком к нёбу.

— Я покажу тебе небольшой пример из жизни куртизанок. И ты выберешь сама — быть моей или… — он прошёлся взглядом по моей груди, а затем посмотрел на дрожащие и пересохшие губы.

— Раздевайся, — твёрдо сказал он мне, отойдя в сторону, и давая мне пространство.

Я так и продолжала тяжело дышать и мелко трястись под его взглядом. Мужчина начал терять остатки терпения и схватил в кулак кусок моей сорочки.

— Раздевайся, я сказал, — смотрел он мне в глаза, а ткань уже начала трещать и рваться в его сильной руке. Выждав ещё секунду, муж рыкнул и разорвал ткань окончательно, кинув ошмётки мне под ноги.

— Бельё снимай. Не заставляй меня рвать и его.

Под его тяжелым взглядом я стянула своё бельё и бросила на пол. Осталась перед ним обнаженной, и мужчина с наслаждением разглядывал моё тело взглядом, полным похоти.

— Теперь раздевай меня. Сама.

Я посмотрела в лицо мужу, не решаясь двинуться с места.

— Елена, делай, что я говорю. Я всё равно возьму. Только КАК это будет — сейчас зависит только от тебя, — он явно не шутил, и, если я сейчас не буду подчиняться — всё будет гораздо хуже.

Неуверенно подошла к нему и неловко начала вытаскивать пуговицы из петлей его рубашки. Пальцы дрожали и плохо слушались. Я вздрагивала, когда муж касался меня, пользуюсь тем, что я стою очень близко к нему. Пока я снимала с него одежду, он водил пальцами по моему беззащитному без одежды телу.

Остановилась, когда на мужчине осталось только его бельё.

— Всё снимай, — поднял он брови.

Но как же? Я смутилась. Невозможно снять эту деталь одежды и не оказаться слишком близко к…

— Елена, — прорычал мужчина и я схватилась за ткань.

Потянула вниз, стараясь не смотреть на те участки тела, которые уже не закрывались ей. Мы оба остались нагими. Мужчина притянул меня к себе, заставляя кожей чувствовать всего его. В ногу мне упиралось горячая и твёрдая плоть, заставляя меня краснеть и не смотреть на мужа. А он хотел, чтобы смотрела. Поймав мой подбородок пальцами, он поднял его вверх, сверля меня своими голубыми глазами, которые сейчас довольно зло ждали моей реакции.