Она грациозно обошла вокруг, покрутила телефоном перед лицом и, положив его на стол, томно проговорила:

— Он мне ещё пригодится, — и, облизав мои губы своим языком, спустилась по шее к груди, прокладывая мокрую дорожку.

Словно голодное животное, она припала к моему соску и втянула его в себя, опуская одну из рук в трусы, поглаживая твёрдый член. Держась из последних сил, я запрещал себе поддаться ласкам, но девушка, будто почувствовав мои колебания, сорвала с моих бедер боксеры, и, встав на колени, начала покрывать член легкими, воздушными поцелуями. Закрыв глаза от наслаждения, я едва подавил в себе стон, когда она взяла его в рот и начала посасывать, лаская языком головку. Она творила невероятные вещи, будто мой член был для неё чем-то наподобие трубочки для сока; её губы втягивали меня и выталкивали обратно, доводя до безумия. После нескольких недолгих минут искусных движений её рта я кончил. при этом ощущая себя невообразимо гнусно. Она, не задумываясь, проглотила сперму и, облизав губы, покрыла мой живот поцелуями. Придя в себя от мощного оргазма, я бы должен был почувствовать облегчение, но ничего кроме отвращения не ощущал. Оливия собиралась меня шантажировать и таким образом держать при себе одной только ей известное время. Такое положение вещей меня никак не устраивало. Даже её искусный рот, который делал невероятные вещи, был никак не плюсом в данной ситуации. Я не собирался в двадцать пять лет оказаться связанным по рукам и ногам какой-то расчетливой дрянью лишь из-за того, что та вовремя подобрала время для съемки своего «занимательного кино».

— Тебе же понравилось? — проворковала она.

— Нет, — ответил я резко. Если она думала, что со мной будет невообразимо хорошо, то она очень ошибалась на этот счёт…

— Не будь таким плохим мальчиком, я ведь могу пойти в полицию… — пригрозила она.

— Ты сумасшедшая, — холодно бросил я.

— Уже вижу заголовки в прессе: «Марк Бретт, сын всемирно известного бизнесмена Фрэнка Бретта, обвиняется в изнасиловании…».

— Достаточно! — прервал я. — Что тебе от меня нужно?

Оливия игриво вздернула бровь и улыбнулась:

— Кажется, я тебе несколькими минутами ранее наглядно продемонстрировала своё желание, — она сделала паузу и приторно сладким голоском продолжила, — или тебе, как маленькому мальчику, нужно всё показывать по нескольку раз?

— Нет, повторять не нужно. Мне пора на работу, — бросил я через плечо, подходя к двери в ванную комнату. На самом деле я не собирался ни на какую работу, мне нужно было время, чтобы осмыслить всю ситуацию, а присутствие Оливии только раздражало, не давая собраться с мыслями.

— Хм… ну и ладно. У меня тоже сегодня кое-какие дела, — она залезла в один из моих шкафов и достала новую выглаженную рубашку. Надев её на себя, она подобрала сумочку и телефон и направилась к выходу, громко закрывая за собой дверь. Я перевёл глаза на пол, где осталось лежать её порванное платье и. закрыв глаза от бессилья, пошёл в душ.

На работе Джон нарочито, как будто предчувствуя мое угнетённое состояние, влетел в мой кабинет с расспросами. Деваться было некуда, и я всё ему рассказал как на духу, не упустив ни малейшей детали.

— Да, влип по самое некуда… — грустно подытожил он общее настроение. — Что будешь делать?

Да! А что я буду делать? Меня самого интересовал ответ на этот вопрос. По ходу, мне ничего не оставалось, кроме как играть в игру, которую придумала Оливия.

Только она не учла одного — играть я буду по своим правилам.

Дальнейшие два года прошли в сплошных мучениях. Оливия меняла образы один за другим. превращаясь из блондинки в брюнетку, если заставала в моей постели темноволосую девушку, и наоборот. Не скрою, порой мне доставляло огромное удовольствие, — видеть, как менялось её лицо, когда я менял девчонок, как перчатки. Но и Оливия знала мои слабые места, к сожалению… И после очередного «загула» она тут же начинала размахивать перед носом той злосчастной видеозаписью и требовала объявить в прессе о нашей помолвке. С тех пор я начал вести себя предельно аккуратно, потому как в моих ближайших планах на будущее не было скорой свадьбы.

По воле злого рока, на одном из вечеров, когда я случайно принял Кейтлин за Оливию, то не на шутку увлёкся красивой и юной девушкой. На моё удивление, Оливия беспрепятственно отошла в сторону или была увлечена своими делами, но как бы там ни было, в итоге я сам бросил Кейтлин. Точнее, избавил её от себя; я не мог попользоваться таким чистым созданием как Кейт и причинить девушке столько боли. В конечном итоге Оливия разрушила бы всё и без моего вмешательства. И в тот момент, как нельзя кстати, на горизонте появился отец с предложением расширить филиал в Лондоне. Я посчитал это знаковым событием и, не раздумывая, уехал, ничего не сообщив Кейтлин; я не мог предстать перед ней с грузом нерешённых проблем в лице Оливии и лучшим выходом из сложившейся ситуации нашёл бегство на родину…

Сбросить с себя оковы навязчивой невесты удалось… И в этом мне помогла Флоренс — светловолосая стройная девушка, появившаяся на горизонте, когда я уже отчаялся нарыть какой-нибудь компромат на Оливию. Возможно, это был подарок судьбы за все те мучения, которые я испытал? Знакомство завязалась на фирме у отца; девушка проходила стажировку, повышая квалификацию в юридическом отделе. Симпатичная и раскрепощённая девушка сразу привлекла внимание. мы подружились. Прессинг Оливии в последнее время усилился: та решительно была настроена стать «миссис Бретт», чего я допустить. естественно, не мог Я стал задерживаться на работе под всевозможными предлогами, только бы лишний раз не встречаться с Оливией. В один из таких вечеров Флоренс зашла ко мне в кабинет с документами и застала меня в удручённом состоянии и стаканом виски в руке. Укоризненно покачав головой, она отложила стопку листков в сторону.

— Так дело не пойдет, — выхватила она стакан из моих рук. — Что-то случилось? Или это попытки начинающего алкоголика превратиться в закоренелого? — спросила она с осуждением. Оливия в последнее время порядочно выносила мне мозг. И я не в силах больше держать в себе эту боль, находясь в крепких тисках безысходности, рассказал ей всю историю от начала до самого конца на одном дыхании. Всё это время она внимательно слушала меня, ни разу не перебив.

— В стиле Оливии, — скептически заключила она, а я недоумённо перевел на неё взгляд. Откуда ей было знать, что в её стиле, а что нет? — Наверно пришло время раскрыть маленькую правду? — натянуто улыбнулась девушка, ещё сильнее вводя меня в замешательство. — Собирайся, я отвезу тебя домой, а по дороге всё расскажу. — равнодушно пожав плечами, я застегнул пиджак и, взяв пальто с вешалки, пошёл вслед за Флоренс. Буду откровенным, мне стало любопытно узнать, о чём всё-таки пойдёт разговор.