Может это тоже был маскарадный костюм?…

Эдвард Кален или сам граф Дракула на ночной пробежке?..

Сейчас Рит выглядел иначе.

Все было не так, как раньше.

Даже то, как он стоял у двери, сжимая кулаки и застыв так напряженно, что иногда мне казалось, что его глаза полыхали чуть ярче… странное, жуткое и завораживающее зрелище, когда казалось, что на доли секунды глаза искрились, словно лампочка за секунду до того, как взорваться.

Молчание явно затянулось, пока я растерянно рассматривала его, а Рит продолжал стоять у двери застыв так, словно даже не дышал, или будто к этому месту его прибили при входе и он больше не мог сделать ни единого шага вперед.

Кашлянув, чтобы не хрипеть и не выдать своего смущения и растерянности, я проговорила в напряженной темноте так приглушенно, что вышло практически шепотом:

– ..красиво выглядите… — видя, что Рит не пошевелился даже от этого. я нервно одернула короткую юбку еще раз, чувствуя себя глупо и слишком смущенно, замечая лишь в эту секунду, что при всей своей замороженности в теле, глаза Рита скользили по мне, не останавливаясь ни на секунду, исследуя жадно и открыто, — … вампир или может дракон?…

Длинные ресницы опустились, когда глаза Рита вдруг стали опускаться настойчиво и горячо, исследуя мое тело, затянутое в облегающую одежду, отчего стало жарко и на секунду даже страшно.

Было какое-то жуткое ощущение, что он просто не слышит меня, полностью сосредоточившись лишь на том, во что я одета, пока я чувствовала себя просто обнаженной перед его глазами, все еще предпринимая попытки начать разговор и как-то перейти к сути:

– ..Я думаю, наш чувствительный друг уже впечатлился вашим новым образом и уже задумывает новую фотосессию для следующего выпуска журнала в стиле вамп?…

Рит даже не моргнул, когда его ресницы стали подниматься теперь вверх, исследуя мое тело по той же траектории. только теперь снизу вверх, пугая своими невероятными линзами, в которых словно сплелись воедино радиоактивная неоновая лава и миллиарды россыпи драгоценного камня, отчего глаза буквально переливались в темноте, словно десятки сотен зеленых блесток кружили вокруг угольно-черного зрачка.

— Невероятные линзы… — выдохнула я едва слышно скорее себе, вздрогнув оттого, как резко и порывисто глаза Рита остановились на моем лице, чуть прищурившись, когда мужчина покачнулся всем телом, в следующую секунду оказавшись так близко, что я ахнула, оказавшись окутанной его ароматом и жаром так неожиданно, что стало не по себе.

Послушайте, сегодня было не 31 октября!

Не настоящий Хэллоуин, когда, согласно голливудским фильмам, могло случиться все, что угодно, и даже милаха шеф мог стать маньяком с бензопилой и жутким смехом!

Но у меня было какое-то ужасное чувство, что я попала в фильм ужасов, в котором сейчас с Ритом случится то, что не должно случиться не при каких обстоятельствах.

— Не бойся меня, — вдруг прошептал Рит, едва касаясь своими длинными пальцами, от которых шел жар, прикасаясь к моему лицу осторожно и едва заметно.

— …Не боюсь.

— Лжееееееешь. — выдохнул он сладко и мурлыкающе, чуть улыбаясь, и снова я подумала о вампире, когда в очередной раз увидела какие острые его клыки, хоть и короткие для подобных существ.

Это все бокал шампанского на голодный желудок и его происки!

Не стоило мне пить ничего, кроме воды в ожидании появления Рита!

Не придумывала бы сейчас себе всякие небылицы о своем любимом шефе, вспоминая «Сумерки» или «Интервью с вампиром» и не терялась так сильно от его присутствия рядом.

— Нам нужно поговорить, — наконец свела я брови, вздохнув протяжно и тяжело, намереваясь идти к той цели, которую поставила сегодня перед собой. даже если так и не придумала с чего именно начинать разговор, а главное — куда его вести, чтобы расставить все точки, и утром знать определенно и точно, кто мы друг для друга.

Мой мозг правда пытался работать усиленно и честно, но его закоротило и все попытки придумать что говорить дальше просто вспыхнули и расплавились под напором горячих губ, которые прикоснулись к моим так неожиданно и с таким напором, что в одну секунду я стояла пусть на не очень твердых ногах, а теперь же просто летела в полной невесомости, теряя себя по крупицам.

Как же давно и отчаянно я хотела этого!

Ощутить его вкус, его жар и силу сжимающих меня рук, утопая в его легком свежем аромате, цепляясь пальцами за мягкую ткань свитера, чтобы не упасть, и запрокидывая голову навстречу жадному поцелую, в котором стирались всем мои домыслы и страхи, и раскрывались мои хрупкие крылья счастья, что я желанная, я нужна и необходима этому огромному и такому невероятному мужчине!

В его поцелуе был голод и невысказанная привязанность, которая стирала границы между тем, что было можно и нельзя, что было правильно и ложно, оставляя лишь эмоции на грани крика, как оголенные провода под высоким напряжением.