Я вздрогнула. Посмотрела в окно. Слетелись… Стервятники. Ждут, что я выйду. Не дождетесь! Ем я мало, вода в доме есть, центр и без меня работает, так что…

Что там у нас? Пачка овсяных хлопьев, упаковка изюма, орехи, куриная грудка… Ну что ж господа, я бросаю вам вызов!

Настроение поднялось.

— Почему поп-то? — спросила я маму.

— Хочешь сказать, охарактеризовать все это можно другим словом? — ехидно-печально вздохнула мама.

Я тоже вздохнула. А потом мы вздохнули вдвоем.

— Это… тот мужчина? Со свадьбы Василисы?

— Да, — я не стала отрицать очевидное.

— И он скрыл тот факт…

— Мам… А если я скажу, что нам было не до того, чтобы узнавать друг о друге какие бы то ни было факты, ты сильно расстроишься?

— Ну… при чем тут я? Ты — взрослый человек, и…

— Да ладно!? Маааам? Правда, что ли?!

— Ребенок! Не хами матери!

На этом мы и распрощались, вполне довольные собой.

Я прошлась по дому.

Память услужливо подбрасывала воспоминания: яркие, счастливые, острые…

Кирилл… Что же мне делать со всем этим теперь? Ведь не один раз я заводила отношения ради хорошего секса. Так почему же сейчас не могу? Не могу. Потому что сейчас — все по- другому…

Вдруг показалось — раздастся звонок, откроется дверь, он ворвется свежим океанским бризом, распахнет объятия, я утону в карих глазах, весь мир исчезнет, и…

Но никто не пришел.

Мало того что не пришел, так еще что-то на заднем плане упорно отвлекало от страданий… Господи, ну что?! Что еще?! Не так уж часто я страдаю, между прочим! В кой-то веке решила оторваться, и то не дают…

Телефон. Телефон разрывался от звонков, заикаясь бесконечными блямканьями поступающих смс.

Все ясно. Видимо, не только мама узнала о моих сексуальных похождениях. А может, это журналисты?

Отодвинула занавеску, посмотрела на улицу.

Стоят…

И такая… злость взяла! Схватила телефон, записала аудиосообщение:

"Со мной все замечательно, желаю и вам всем выспаться!" — и спряталась под одеяло.

Лежу. Темно. Холодно. Одеяло вроде теплое ведь… Я вспомнила, что меня всегда раздражали взрослые женщины, которые спят с мягкими игрушками. А сейчас… Так захотелось вдруг обнять что-нибудь плюшевое. Вот прям… До слез!

Медведя себе, что ли, купить? Большого-большого. Оранжевого.

Несмотря на дневную суету, беготню и нервотрепку — сон не шел.

Мысли, мысли, мысли…

Кактусы. Медведи. Кирилл…

Устала… Как же я устала…

Телефон издал какой-то особенно настырный и обиженный звук. Я сдалась и взяла трубку. Уговорил…

Так, Ида! Ну, все. Пострадали, в конце концов, и хватит, наверное. Конечно, стресс, но ты же сильная! Всему есть предел. Пора, девочка, пора! Давай-давай, звезда экрана, бери себя в руки! А то уже и с телефонами разговариваешь, и о плюшевых оранжевых медведях задумываешься. Нехорошо это. Нехорошо…

"Если ты не отзовешься, — грозило сообщение, — я прерву медовый месяц. И прилечу в Москву!"

— Васька! — я откинула крышку ноутбука и застучала по клавишам, чтобы выйти в скайп. — Василиса, не вздумай!

— Аааааа… не спишь?!

Подруга выглядела просто сногсшибательно. И так же зло. Глаза горят. Не глаза — глазищи! Загорела. Похудела. Счастливаяяяя….!

— Приеду — убью! Всех убью! — выпалила счастливая и похудевшая Вася. — Этот Кирилл — он что вообще о себе возомнил?

— Тетя Лена называет его "хорошим" мальчиком, — усмехнулась я.

— Понятно, — подруга сосредоточенно барабанила пальчиками по столу. — Тетя Лена, значит… А ты, Идка?

— А что я?

— Ты сама — как думаешь? Он — какой?

— Он… Васька… Он — самый лучший…

Я смотрела на подмигивающий (ну же, возьми меня!) телефон. И думала. А что… " Я мыслю, следовательно, существую…" Наверно, мыслю. Может быть, даже существую. Только как-то… Слабенько.

Ночь отдых не подарила, и жизненные силы этим утром во мне, увы, не проснулись.

Экран мигнул обиженно — и погас. Я вздохнула с облегчением. Малодушно — знаю. Но что говорить и как реагировать на происходящее… Чего я хочу сама…

Оставалось только качать головой.

Телефон ожил снова.

Кирилл.

Упрямый, гад…

Мне стало смешно. Веду себя, как девчонка. Осталось еще позвонить и дышать в трубку, слушая голос… Хотя… бесполезно. Номер высветится. Вот он — век технического прогресса! Всю романтику убил. Что ж подросткам-то делать?

— Доброе утро, — ответила я.

— Ида. С тобой все в порядке?

Я вспомнила вчерашний день. Журналистов, камеру в лицо, звонок из его компании, беготню по городу, тортик, тетю Лену, тетю Фаю, мопса Зяму, шквал звонков, и тихо ответила: