— Без комментариев!

Девчонку это лишь раззадорило.

— Как давно вы знакомы с господином Галицким?

— Без комментариев.

Я не пыталась бежать, не пыталась что-то доказывать про то, что они не имеют права столь бесцеремонно вторгаться в мое личностное пространство. Я стояла, улыбалась, доброжелательно кивала, раз за разом произнося:

— Без комментариев!

Это было не просто. В том, что в тебя тычут микрофоном, а камера агрессивно мигает алым глазком, было что-то…жуткое.

Но…

Улыбка. И…

— Без комментариев.

— Слушайте, — девчонка отступила, сделала знак оператору, и тот нажал на кнопку, выключая камеру.

— Вы же понимаете, сколько будет просмотров? На "Светской хронике" этот материал с руками оторвут. Давайте откровенно: сколько вы хотите за интервью с пикантными подробностями?

Оказывается, если настырным людям говорить одну и ту же фразу, не показывая паники, злости или жажды раздолбать об их голову камеру, то они отстают. Не сразу, конечно, но…

И как результат, мы с Купером едем на работу! Пора ощутить себя бессмертным пони. А то как-то все затянулось со всей этой историей. Ни тебе спокойных тренировок, ни здорового крепкого сна, ни правильного питания.

Я включила радио, чтобы бессмысленные песенки о бессмысленной любви меня отвлекли. От бессмысленной же любви и отвлекли…

Но тут раздался звонок. Номер незнакомый. Выходя из машины, схватила телефон.

— Ида Викторовна?

— Да, я…

— Вас беспокоит Лаврецкий Денис Иванович, начальник отдела по связям с общественностью "Будущее Курил и Сахалина".

— Светлое, надеюсь? — проворчала я.

— Что вы говорите? — мужчина то ли не расслышал, то ли не счел нужным расслышать, на что, собственно, вполне себе имел право, наверное.

— Добрый день. Слушаю вас.

— Ида Викторовна.

Голос был неприятный, вежливо-отстраненный.

— Я бы хотел обратиться к вам с просьбой: если кто-то предложит вам дать интервью о… вас и господине Галицком, вам необходимо отказаться. В любом случае мы вам заплатим вдвое больше.

— Что?!

— В связи с данной ситуацией возникла необходимость дать информацию от нас. Правильную.

— Какую еще информацию? Что вы имеете в виду?

— Вы отправитесь на ток-шоу. Туда же придет Кирилл Андреевич. Скажете, что он ваш давний друг, прекрасный человек, заботящийся о регионе. Регулярно приезжает к вам, чтобы заняться йогой, потому что готовится к свадьбе и хочет быть в форме. Что и вас, и его очень волнует вся эта шумиха.

— Вы с ума сошли?

— Ида Викторовна, поймите, это — бизнес. Вы ведь тоже человек бизнеса, насколько нам известно…

— Я так понимаю, вам обо мне все уже известно?

— Правильно понимаете. От того, чем завершится эта история в глазах общественности, зависит многое. Сейчас не в моде… подобные демарши. Ида Викторовна. В ваших же интересах с нами сотрудничать.

— А… поговорить со мной распорядился господин Галицкий?

— Вы, боюсь, плохо понимаете…

— Послушайте, — перебила я. — Мне надо знать. Вы выполняете прямое распоряжение Кирилла? Или приняли решение самостоятельно? Мне… важно это знать.

— Единственное, что распорядился передать вам лично господин Галицкий — это то, что по определенным причинам ему пришлось отозвать охрану. Он просил вести себя осторожней в связи с этим. Остальное… спросите у него сами при встрече. Я очень надеюсь, Ида Викторовна, что мы с вами договорились. Удачного дня.

И этот… начальник по связям с общественностью отбил звонок. Я выругалась. Сильно. Крепко выругалась…

Как ни крути, но песенка из мушкетеров "Я не сказала "да" милорд, я не сказала "нет" — произведение гениальное. Шедевр! И девиз моей жизни.

Что еще я любила во времена ранней юности? Мультик про Фока, Паспорту и Фикса я любила. Итак, «есть ли у вас план, мистер Фикс? Есть ли у меня план, есть ли у меня план… У меня всегда есть план! Ха!»

Неплохо было бы поговорить с Федором. Хоть какой-то информацией о Кирилле Андреевиче Бонде разжиться. А то как-то обидно получается. Он — мужчина-загадка. А я? Что-то мне подсказывает, что всю инфу обо мне, включая любимый цвет и размер, уже слили. Или — вон этот… начальник службы раскопал. Или не раскопал, поэтому и злится.