Хотя Джордж совсем неплохая партия… к тому же, я останусь жить дома, хоть и окажусь под властью графини и её дочерей.

Задумавшись о своём будущем, я не сразу заметила, что лошадь сбилась с пути.

Узкая тропинка, идущая по самой опушке леса. оказалась где — то далеко позади.

— Ласточка, назад, — скомандовала я, поправляя поводы. — Так мы скорее в горы попадём, а не к дому Арвелы.

Ласточка всегда была послушной, смирной лошадкой, но сейчас она вела себя очень странно. Как будто что пугало её. Вместо того, чтобы повернуть назад, к тропинке, она вдруг начала крутиться на месте, с испугом косясь куда — то в сторону.

Тише, тише, — пыталась я успокоить лошадь, в то же время, стараясь понять, что же её могло так напугать. Ласточка вдруг громко всхрапнула — и поднялась на дыбы, скинула меня на землю. Упав на мокрую от вечерней росы траву, я беспомощно наблюдала за тем, как моя спокойная смирная лошадка поворачивает назад — и мчится в сторону замка, оставляя меня одну в уже темном лесу.

— Ласточка! — закричала я, пытаясь скорее подняться с земли. — Ласточка, подожди!

В ответ мне неслось только испуганное ржание убегающей прочь лошади.

— Вот ведь, — вздохнула я, приподняв подол платья, чтобы ощупать лодыжку, которую ударила при падении.

— Только вывиха для счастья мне сейчас и не хватало, — пробурчала я, в деталях представляя как долго придется добираться до дома пешком — тут и на здоровых двух ногах не меньше часа получится, а уже с вывихом — то прогулка выйдет куда длиннее.

И труднее.

Хороша будет невеста — хромоножка….

Закончив ощупывать ногу, я решила хорошенько оглядеться — чтобы не заплутать окончательно. И, уже двинулась в сторону, куда ускакала Ласточка, как из темноты лесной чащи стало появляться что — то темное.

Оно было огромным.

Словно осязаемая, материальная тьма, это нечто выступило вперёд. постепенно обретая всё более четкие очертания. Из клубящейся тьмы постепенно выходил огромный, с коня ростом, черный зверь, отдалённо напоминающий волка — невероятно большого и невероятно страшного волка.

Я замерла, понимая, что мне пришёл конец.

Несмотря на близость гор, порождения тьмы никогда прежде не доходили до наших краёв, и мы знали о них лишь по картинкам и рассказам наших предков.

Но это…

— Вот значит, какая у меня судьба, — горько прошептала я, выпрямляя спину и задирая подбородок вверх. И пусть у меня вообще не было шансов против такой махины, пусть я уже была обречена… Но даже в такую минуту я помнила, что в моих жилах течёт кровь благородных лордов, которые много веков назад сражались бок о бок с горными вождями, уничтожая возникшую ниоткуда тьму. И пусть прошло много столетий, пусть теперь только горные вожди и убивали наших противников, но память всё ещё жила в нас, потомках тех рыцарей. А потому я просто не имела права трусливо молить о пощаде.

Желтые глаза черного зверя неотрывно следили за выражением моего лица — и кажется, зверя веселил проявленный мной демарш.

Я видела, с каким наслаждением он втягивает воздух с моей стороны и кажется, уже облизывается.

— Ты ошибаешься, — вздохнув, дрожащим голосом произнесла я. — Я совсем не сладкая. Я ядовитая и костлявая.

А сама искала на земле, какую нибудь толстую ветку для обороны.

— И вообще, меня повариха никак откормить не может.

Желтые глаза зверя сейчас откровенно смеялись — как будто порождение тьмы и впрямь понимало мою речь.

Тем временем в кустах справа послышалось какое — то шуршание, и я испуганно прижалась спиной к стволу ближайшего дерева — ожидая появления второго чудища.

Но вот кусты раздвинулись, и на полянке появилась хорошо знакомая, худая фигуру.

Это была Арвела.

Ведунья осторожно вела под уздцы всё — ещё перепуганную Ласточку: кобыла хотя и подчинялась ведунье, но смотрела настороженно, то и дело всхрапывая.

Ведунья же шла напрямик ко мне.

— Нет, Арвела! Назад! — закричала я, кидаясь в сторону черного зверя… которого уже не было на поляне.

Отпряв в сторону, я испуганно посмотрела на ведунью.

— Что происходит? Это ведь мне не почудилось?

Ведунья мягко улыбнулась, не отвечая ни на один из моих вопросов.

— Пойдем, Мили, самое время начать варить отвар от черной лихорадки. — Арвела посмотрела на небо. — Новолуние сегодня.

— Арвела, — простонала я, понимая, что впервые мне придется отказать своей наставнице и близкой подруге. — Прости меня, но ведь этот отвар готовится целых три дня.

И ещё его обязательно должна была готовить девица — потому — то видимо Арвела и позвала меня к себе.