— Стой!

Я остановился как вкопанный, мой кулак замер всего в нескольких сантиметрах от головы противника. Я уставился на него, не веря, что кто-то может быть настолько глуп.

Этот кретин даже не заметил, что проиграл. Он все еще говорил о том, как заставить меня молить о пощаде.

Его подпевалы заметили, что бой им проигран и заткнулись, однако он все продолжал распаляться:

— Я сорву с него одежду и заставлю бегать по академии голышом! А может, потом изваляю в говне и перьях!

Тензин расхохотался, но вскоре смех утих, когда он сообразил, что смеется в одиночестве. Его лицо нахмурилось, и он уставился на своих молчаливых подельников.

— Почему вы не смеетесь? Это смешная шутка!

Вместо ответа один из них указал на меня, я все еще стоял с вытянутым кулаком и недоверчивым выражением лица.

Обернувшись, он увидел кулак всего в нескольких сантиметрах от своего лица. Он вздрогнул и отпрянул назад.

— Бой окончен! Тинар победил смертельным ударом!

При этих словах в толпе воцарилось гробовое молчание, а Тензин вытаращил глаза — сначала в шоке, потом в ярости.

— Это не считается! — закричал он, брызгая слюной, — он напал на меня, когда я отвернулся!

Мастер с отвращением посмотрел на него.

— Ты первосортный дурачок! Поединок официально начался, а ты достаточно туп, чтобы не следить за противником, вместо этого позволяя себе бахвалиться. Если бы он не напал, я бы сам отделал тебя! Тинар поднят до седьмой строчки. Поскольку ты не можешь упасть на два ранга и сравняться с ним, будешь понижен до восьмой! Тебе повезло, что я не отбросил тебя на сотню рангов за твое скудоумие!

Мастер повернулся ко мне, его гнев немного улегся.

— Поздравляю, парень. Будь я на твоем месте, не думаю, что вытерпел бы столь долго.

Я поблагодарил его, пожал протянутую руку и повернулся, чтобы уйти со сцены, радуясь, что поединок выдался столь легким.

— Этот бой не должен считаться! Я требую реванша! — раздался голос Тензина, все еще облаченного в свои доспехи.

— Отвали, полоумный. Я уже участвовал в еженедельной схватке, — сказал я, пожимая плечами, — если хочешь еще подраться, придется подождать до следующей недели. Хотя, я не уверен, что снизойду до боя с тобой, учитывая, что ты сейчас ниже меня в рейтинге.

— Нет, мы будем драться прямо сейчас! — закричал тот, вне себя от ярости, — ты сжульничал, и я заставлю тебя заплатить!

Когда он угрожающе шагнул ко мне, голос судьи прозвучал снова.

— Стоять! Это — предупреждение! Еще один шаг, и ты будешь понижен на десять позиций!

Тензин замер на месте, и я увидел, что в его налитых кровью глазах идет нешуточная борьба. Через несколько напряженных мгновений льдистые доспехи начали падать, разлетаясь на куски от ударов об пол.

— Это еще не конец, ничтожество! Ты заплатишь за это, будь уверен!

Я снова пожал плечами и сошел с помоста. Увидел, что поединок Адель еще не начался, и подошел к краю сетки, чтобы посмотреть.

Адель стояла совершенно неподвижно и ждала, когда мастер начнет матч. Фенсин в это время выкрикивал разные непристойности и рассказывал, как именно он будет пользовать девушку после победы.

Проклятый урод! Если она его не отделает, я найду способ покарать его за такие слова.

— Не волнуйся, милая, я буду нежен! Или груб! Все что пожелаешь! — крикнул альбинос.

Глянул на мастера. Женщина замерла в нерешительности, словно не понимая стоит ли ей начинать бой.

— Прошу прощения, мастер, — окликнул ее я.

Женщина повернулась ко мне и быстро подошла, почему-то испытывая облегчение.

— Почему вы не объявите начало схватки?

— Разве ты не слышишь, что этот мальчик говорит ей? — спросила она в шоке.

— Поверьте это не помешает эй победить, — сказал я.

— Ты уверен, что ее душевное равновесие позволит ей сражаться? — наконец спросила она.

— Просто разрешите. Эй это нужно.

Судья еще раз оглянулась на Фенсина, который в это время двигал бедрами и кричал очередные пошлости.

— Очень хорошо. Мы начнем бой прямо сейчас, — сказала она, жестом приказав двум целителям быть наготове.

— Спасибо, — сказал я и обошел помост, чтобы лучше видеть.

Проходя мимо Адель, я хотел пожелать ей удачи, но передумал. Она выглядела очень сосредоточенной, и я не хотел нарушать ее концентрацию.

Мастер вышла на середину площадки и дала отмашку начинать.