Лео пригвоздил меня к стене. К стене! Поглотил меня своим телом, его бедра захватили мои в плен. Вечеринка была всего лишь в паре шагов от нас, за углом, нас легко могли обнаружить у стены и потерявших головы. Лео был таким настойчивым и страстным, мысль о том, что мы в общественном месте потерялась где-то на задворках моего сознания. Я была потеряна в тумане бушующих гормонов и в ощущении чистого желания. Единственное на чём я могла сфокусироваться, это на губах Лео поднимающихся по моей шее, и горячих обещаний вырывающихся из этих губ, неслыханных мною ранее. Касание кончиком языка, посасывание, укус, оторвал меня от пола, развернул к себе спиной, шлепнул. А. Черт. Да.

Мы вздрогнули, услышав как кто-то постучал по бокалу, и повернули головы на звук. Хрустальный звон прервал приглушённый смех. Мы разорвали объятия, отклеились от стены, вернулись на вечеринку, казалось, присутствующие догадались о том, что случилось между нами за углом в мельчайших подробностях.

— Мне срочно нужно выпить. Тебе нужно выпить? — смущённо спросила я. Мне нужны были пара минут, чтобы отойти от опьянения вызванного Мистером Максвеллом, его близким нахождением ко мне, моим мыслям и тому, что скрывалось под платьем.

Лео облизал свои губы, ухмыльнулся мне, а затем исчез в толпе в поисках напитков, улыбаясь и поддерживая беседу, как профессионал.

А я услышала голос, который неотступно преследовал меня во время учёбы в старшей школе.

— Так, так. Посмотрите-ка на ту, чьё возвращение в родной городок привлекло всеобщее внимание, — обратилась ко мне Крисси Джейкобсон — староста класса, королева выпускного балла, и вполне возможно ставшая до конца своих дней стервой. За её спиной ступали след в след четыре марионетки. Сколько лет прошло со школьных времен, а они всё ещё следовали за ней как стадо утят.

Я приготовилась к саркастическим замечаниям и остротам в свой адрес, будто я снова та Рокси, которой была в старшей школе.

— Привет, Рокси! — прощебетала Морин. Она всегда казалась самой дружелюбной из всей шайки.

Лорен притянула меня в объятия.

— Как приятно снова тебя увидеть! — поприветствовала она, поцеловав меня в щёку, а затем передала меня Пауле, которая тоже меня обняла и передала Лейс.

Они охали и ахали по поводу моего платья, волос, поцелованной солнцем сияющей кожи. Я на сто процентов уверена, они знали: сияние моей кожи придал Лео, а не солнце. Все эти девушки остались жить в Бейли Фоллс, выбрали здесь растить своих двух с половиной детей. Я испытала лёгкое головокружение, когда они стали рассказывать о своих семьях: мужьях и детях.

Потом они засыпали меня вопросами о Калифорнии. Ходила ли я каждый день на пляж? Ходила ли я в тот же тренажёрный зал, что и семейство Кардашьян? Готовила ли я для каких-нибудь знаменитостей?

Я никогда не выдаю своих клиентов и кулинарных тайн, но эти девушки в своё время весомо подпортили мне жизнь. Поэтому я не могла не показать им фотографию меня с Джеком Гамильтоном, где он обнимает меня на своей кухне, его руки перепачканы в испеченный мною бисквитный торт. Уставившись в мой телефон, они все вчетвером завизжали.

— А Ле-ео… — Крисси намеренно нараспев произнесла его имя, чтобы я его услышала и не ушла от ответа.

— Что Лео? — Я потягивала напиток и намеренно избегала её взгляда.

— Тебе так повезло, — отметила Лейс. — Некоторые годами пытались его заарканить!

Я кивнула, стерпев и это. Они стали петь ему дифирамбы: сколько он вкладывал в развитие местности, каким хорошим отцом был для Полли.

— Что может быть сексуальнее любящего отца? — задала риторический вопрос Морин и опустошила рюмку с шотом.

— Все в городе только о тебе и говорят, ведь теперь ты девушка Лео, — вставила свои пять копеек Паула.

Мило улыбаясь я проглотила и мой новый титул, они же тем временем стали обсуждать Оскара, Молочного Жеребца.

Сколько себя помню, я была Девочкой Труди.

Теперь я перекочевала к Лео, стала его девочкой.

Что мне нужно сделать, чтобы я была просто Рокси?

Уехать в Калифорнию.

Я ещё какое-то время непринуждённо поболтала с девчонками, съела по оливке с Лейс, выпила по шоту с Морин, и ещё по одному и еще. Затем призналась Крисси в диверсии, которую совершила с её слоеным тортом с клубничной начинкой на соревнованиях по кулинарному мастерству в школе — всего-то заменила сахар солью — а вы что подумали. За этим последовал ещё один шот с Морин.

Когда же я наконец извинилась и покинула вышеупомянутую четвёрку, я уже была хорошо датенькая и подумала о том, сколько Лео понадобится времени, чтобы дать мне всё, о чем я мечтаю, когда мы приедем ко мне домой. Ик. О боже, этот ик сколыхнул даже мой мо-озг…

За время, потребовавшееся мне на преодоление расстояния от места, где я наклюкалась до гостиной, я перешла из состояния «чуть датенькая» в «прилично датенькая». Я выследила Лео, он был на кухне, сидел на гранитной столешнице, попивал воду из бутылки и общался с Оскаром Гигантом. Оскар был одет в чистую белую майку, которая чуть не трескалась на татуированных бицепсах. Его блестящие черные волосы были собраны сзади кожаной лентой. Мой затуманенный алкоголем мозг подумал, по какому поводу Оскар может распустить волосы. Зуб даю, из-за кого-то просто сногсшибательного. И если уж говорить о сногсшибательных…