– Хочешь сказать, что он еще и целитель? – мрачно поинтересовался его величество.

– Такой вывод действительно напрашивается. Но и тут меня обуревают сомнения. Ведь если дарру видят ауры, то и Валья должна была понять, что перед ней именно целитель. В то же время целительство и магия смерти несовместимы.

– Кто же он тогда такой? – озадачился Карриан, буквально сорвав этот же самый вопрос у меня с языка.

Герцог эль Соар тяжело вздохнул.

– Я не знаю, сир. Единственное правдоподобное объяснение – это амулеты вроде тех, которыми хозяин снабдил девушку. Только этот амулет, вероятно, влияет на внешность, а не на ауру, но для нас это самый скверный вариант, ведь в таком случае полученный нами словесный портрет становится бесполезным.

– Иными словами, девушка все эти годы видела перед собой иллюзию и по каким-то причинам не смогла ее распознать?

– Боюсь, что так, сир.

– Но она же дарру… – задумчиво обронил его величество. – Значит, амулет должен быть темным. Другой бы на нее не подействовал. Ты проверил всех темных в столице?

– Как раз сейчас этим занимаюсь, вплоть до того, что велел поднять списки выпускников магических школ, академий и университетов по всем провинциям за последние шестьдесят лет. Но и тут я ни в чем не уверен, потому что пожилую няньку наш маг мог взять у кого-то еще. Учитывая, что он явно был связан с эль Саром и владел информацией по смене хозяев у дарру, можно предполагать что угодно.

Карриан вздохнул.

– Хорошо. Каким образом один маг смог стать хозяином для двух дарру одновременно? Раз невозможно сохранить действующими обе привязки, то сейчас ты, наверное, скажешь, что в один прекрасный день нянька заболела, пропала без вести или решила покончить с собой?

– Хуже, ваше величество: ее разорвали собаки. Прямо на глазах у Вальи. Это было чуть меньше двух лет назад по реальному времени. В тот самый день, когда девушке впервые позволили покинуть комнату и выйти во двор, туда привезли новую порцию псов-охранников. Вероятно, пара из них оказалась недостаточно воспитанной, а нянька проявила неосторожность… собак после этого, естественно, убили, Валья наотрез отказалась возвращаться в поместье, однако место дарру рядом с магом самым замечательным образом освободилось. Убитую горем девчонку после этого нетрудно было очаровать. Она попросту не знала, чем это может закончиться, а потом стало поздно – маг поставил на нее печать. И снял незадолго до того, как отправил дарру в вашу постель. Очень предусмотрительный, кстати, ход, потому что неактивную печать мы распознать не сможем, а значит и личность владельца дарру установить не получится.

– Ты говорил: у нее был еще один учитель, – напомнил император.

– Да, ваше величество. Он представился девушке, как мастер Ренье, и учил ее по той же методике, которой обучают наших теней. Я дал одному из своих ребят прослушать запись, где дарру рассказывала, как именно и чему ее учили. Он подтвердил, что это работа тени.

– Мастера-тени?

– Скорее подмастерья, сир, – спокойно подтвердил герцог, заставив меня насторожиться. – Но очень высокого уровня. Есть предположение, что он лишь на ступеньку не добрался до звания мастера. Понимаю, что вы сомневаетесь, сир: магическая печать абсолютно надежна. Признаться, я тоже свято верил в ее силу, пока Валья не сказала, что у ее второго учителя не было правой руки. И пока я не вспомнил, как был убит ваш дед, император Дорриан. А также то, почему именно после этого ваш отец отдал приказ ставить магическую печать теням не на предплечье, как раньше, а на грудь.

Я навострил уши, краем глаза подметив, как Зиль покосился на лежащий на его столе «планшет» и тут же куда-то умчался. Не иначе его величество решил опробовать магическую новинку и услал старого друга выполнять срочное поручение. Господин Ларье, наш управляющий, и без того нервно теребивший отворот кружевной манжеты, совсем встревожился, даже вспотел, кажется, решив, что за прорыв канализационной трубы его как минимум четвертуют. А граф эль Нойра, до этого спокойно стоявший в углу, вдруг решил подойти к дверям. И с таким выражением на меня уставился, что стало понятно – это неспроста.

– Ты прав, – неожиданно прошептал император, и мне пришлось снова отвлечься. – Утраченная печать… с ней предательство действительно возможно.

– Я найду этого человека, ваше величество, – твердо сказал герцог. – Мастеров-теней с травмой, как у этого Ренье, наверняка немного. У нас есть описание его внешности и список умений – этого вполне достаточно. Попутно мы продолжим работать по остальным направлениям, и надеюсь, хотя бы одна из ниточек приведет нас к организатору.

– Да… – снова прошептал Карриан. – Подмастерье – это хороший след. Достань его, Тарис.

– Конечно, ваше величество, – кратко отозвался его светлость, и за дверью послушался звук быстро приближающихся шагов.

Я благоразумно отступил, чтобы пропустить герцога к выходу, однако милорд, появившись в приемной, не захотел сразу уйти. Дождавшись, когда за ним закроется дверь, его светлость одарил меня долгим взглядом, а потом вполголоса бросил:

– Освободишься – зайди ко мне.

Я молча поклонился. А когда герцог все же ушел, наткнулся на изучающий взор графа эль Нойра и, сообразив, что Зиля все еще нет, решил сам напомнить императору о госте.

Открыв дверь, я, не заходя внутрь (мало ли что в рожу прилетит?), громко возвестил:

– Ваше величество, вас ожидает его сиятельство граф эль Нойра.

– Пусть зайдет, – после короткой паузы раздалось из кабинета. – Управляющего можно отпустить. Пусть пока занимается своими делами.

Услышав, что император не желает его видеть, господин управляющий… дородный, седовласый, слегка грузноватый мужчина пятидесяти с лихером лет так обрадовался, что мне даже стало жаль этого солидного дядьку. Судя по тому, как обвисли его усы, в ожидании аудиенции бедняга успел придумать себе тридцать три кары и сообразить на каждую из них достойное оправдание. Водились ли за ним грешки, я доподлинно не знал – на эту информации у меня не хватило времени. Но, наверное, все-таки водились. Честные люди по таким пустякам обычно не переживают.