– Йотуновы кости, – пробормотал я. – Здесь вообще хоть кто-нибудь есть?

Карболе выглядел заброшенным. Похоже, почти все его жители ушли воевать в Фолькьерк… а оставшихся мы с Олегом только что прикончили. Жиденький дымок вился только над одной крышей, а остальные домишки казались необитаемыми. Если бы не следы на снегу и не пара тощих коз у частокола, можно было подумать, что женщины и дети Карболе куда-то сбежали. Но бежать на Барекстаде некуда… да и кто зимой бросит козу? Нет, кто-то здесь еще определенно остался. Только прячется.

Я направился к дому, над которым виднелся дым. Едва ли кто-то в Карболе еще мог или хотел сражаться, но Хроки с Олегом не отставали от меня ни на шаг и не убирали оружие в ножны – похоже, даже на упырину царившая за частоколом тишина действовала угнетающе.

– Есть тут кто живой? – Я несколько раз стукнул в дверь. – Мы вас не тронем!

– Заперто, – проворчал Хроки. – Посторонись…

Под его могучим плечом дверь затрещала, и через несколько секунд ветхие петли не выдержали. Хроки с руганью провалился в темноту. Я зашел следом за ним…

И едва успел поймать за руку мальчишку, нацелившего мне в живот лезвие ножа.

– Стой! – крикнул я Олегу, уже приготовившемуся пустить в расход всех, кто прятался в доме. – Это дети!

Наконец кто-то – кажется, Ошкуй – догадался запалить факел. Пламя заплясало и осветило последних защитников Карболе. Самый крупный – пацан лет десяти-двенадцати – попался мне. Он до сих пор пытался то вырваться, то дотянуться до меня длинным узким лезвием, то хотя бы цапнуть за руку зубами. Силы были неравны, но юнец пыхтел, сопел и даже не думал сдаваться. Сразу видно – северянин.

Еще несколько пацанов поменьше мялись за его спиной, сжимая в ручонках молотки и лопаты. Они явно не собирались бросать свое оружие, но напасть на облаченных в доспехи взрослых мужчин отваги им все-таки не хватало.

Женщины и совсем маленькие дети прятались по углам – в тусклом свете факела я насчитал еще десятка полтора пар насмерть перепуганных глаз.

– Йотуновы кости… – Я в очередной раз тряхнул своего юного противника – так, что у того зубы лязгнули. – Именем Отца Всемогущего – прекрати!

– Никогда! – Пацан шмыгнул носом и снова стукнул меня кулачком по броне. – Лучше умереть, чем служить трэллам!

– Глупый мальчишка! – рявкнул я. – Я что, похож на трэлла?!

– Не похож, – просопел тот. – Но если ты водишь дружбу с Лейвом…

– Я казнил Лейва-трэлла. – Я чуть ослабил хватку и опустился на корточки. – Он больше не тронет вас. Ты знаешь, кто я такой?

– Я знаю, – раздался голос из угла. – Ты тэн Антор, которого называют склафом.

На свет вышла девочка на пару лет младше пацана, которого я поймал. Самая обычная местная девочка – светловолосая, голубоглазая, веснушчатая и не по годам рослая. Судя по перепачканному и дырявому платью – сирота или вовсе дочь рабыни. Скорее первое – никто из женщин даже не попытался остановить ее, когда она бесстрашно шагнула ко мне.

– Я слышала, что ты умеешь превращаться в огромного черного волка, – продолжила девочка. – И что ты разорвал всех братьев Ульфриксонов из Эльгода. Но я тебя не боюсь!

Да уж, слухи такие слухи. Они не только врут, но еще и, похоже, опережают мой хирд на день или два.

– Помолчи! Только глупая девчонка поверит, что склаф может превратиться в волка. – Пацан, которого я держал, наконец, выпустил нож, вырвался и отступил на пару шагов. – Отец говорил, что ты своим колдовством заставил ярла Рагнара отдать тебе Фолькьерк, а зимой собираешься убить старика Тормунда и забрать весь Барекстад!

Конечно. Ну, хоть младенцев не ем – и на том спасибо… Похоже, отважные местные хирдманны умеют придумывать страшные сказки ничуть не хуже старух. Но верили в них не только дети – Орм явно позаботился, чтобы на юге Барекстада меня считали колдуном и злодеем.

– Неправда! – подал голос один из мальчишек. – Мой отец сказал, что тэн Антор справедлив и милосерден. И если ему покровительствует сам Всеотец, лучше бы нами правил он, а не Орм Уль…

Договорить ему не дали. Пацан, который чуть не пырнул меня ножом, развернулся и заехал своему товарищу по зубам. Но и у того нашлись защитники, и через несколько мгновений мальчишки уже катались по полу, превратившись в орущий и шипящий клубок и, похоже, напрочь забыв и обо мне, и о моем хирде.

А я вдруг понял, что мне снова досталась нищая деревушка, в домах которой я найду только голодные рты детей и женщин, а не золото и припасы на зиму. Но бросить местных я уже никак не мог – да и не собирался. Из боевых пацанов со временем вырастут могучие хирдманны. Нескольких человек придется оставить здесь. Навести порядок, подлатать дырявые крыши, а в случае чего и защитить опустевший Карболе с оружием в руках. Припасов, захваченных в Эльгоде, вполне хватит на зиму и этой ораве – можно не беспокоиться. Но убогой деревушке понадобится новый правитель – раз уж все старые дружно отправились к Всеотцу.