В «Истинном зрении» ночь расцвела сотнями красок. Среди тусклых силуэтов деревьев мелькали алые искорки – трэллы удирали со всех ног – но чуть дальше за ними стояли другие. Более яркие и опасные – и они-то как раз бежать не спешили, а снова натягивали луки, выцеливая нас. И едва ли это было так уж сложно – на фоне горящего Карболе мы мало чем отличались от мишеней в тире.

Три, четыре… Всего пятеро лучников! Самый мелкий и худой – тот самый, который перемахнул через частокол и чуть не вогнал мне в бок стрелу – махнул рукой, и к нам стремительно потянулись сияющие желтые ниточки. «Истинное зрение» стремительно выжирало запас духа, но оно того стоило. Я рванулся в сторону, без труда уходя от «трассеров» стрел, и стальные наконечники застучали за моей спиной, впиваясь в щиты.

– Вперед, в лес! – крикнул я. – Их совсем мало!

«Голос тэна» добавил моим людям очков выносливости и скорости движения, но все равно я был быстрее. Обогнал меня только Олег. Он серой тенью скользил к деревьям – будто не бежал, а летел, едва касаясь ногами земли. Против запредельной упыриной прыти даже мои одиннадцать единичек Подвижности не танцевали от слова вообще. Не сбавляя хода, он надвое располосовал своей жуткой саблей замешкавшегося трэлла с копьем и устремился дальше, забирая чуть влево – туда, где прятались сразу трое стрелков. Отлично – тогда займусь командиром. Я очень не люблю, когда всякие уроды жгут мое имущество, так что теперь у меня к этому гребаному ниндзя-акробату личные счеты.

Уж не знаю, отсыпала ли ему «Гардарика» что-то вроде «Истинного зрения», но даже в темноте он видел едва ли хуже меня. Несколько раз я еле успевал плюхнутся брюхом в снег, чтобы не поймать стрелу. Ниндзя отходил короткими перебежками, не забывая периодически натягивать лук и снова заставлять меня прыгать и прятаться. Зеленая полоска стремительно уходила в ноль, а расстояние между нами, казалось, только увеличивалось. Нет, так дело не пойдет!

Не сбавляя шага, я развернул инвентарь и вышвырнул прямо в снег броню. Идиотская идея, но я готов был скорее умереть, чем отпустить проклятого задохлика, едва не спалившего весь Карболе. Без доспеха дело пошло бодрее – я снова баффнул себя «Голосом тэна» и понесся через лес, петляя между деревьями и сбивая своему противнику прицел.

– Хис! – выдохнул я. – Помогай, не дай ему удрать!

Фамилиар не ответил, но через несколько мгновений чуть правее от меня из воздуха соткалась огромная черная туша. Волк с хриплым рычанием устремился вперед, с треском ломая кусты и уходя все дальше.

Ночной поджигатель-ниндзя продолжал удирать и отстреливаться, но даже его силы оказались не бесконечны – он замедлил ход, и теперь мы с Хисом загоняли его.

Через пару минут Волк отрезал ниндзя путь в чащу, и ему пришлось свернуть левее – туда, где снег становился глубже. Я тоже уже выдыхался, но все же продираться через сугробы с моим ростом оказалось проще. Напрягая последние силы, я рванул наперерез. «Истинное зрение» потухло, выжрав весь запас духа, и я, наконец, увидел своего врага обычным, человеческим.

Вблизи он оказался еще меньше – на голову ниже меня и чуть ли не вдвое изящнее. Даже в пушистой куртке с капюшоном, сшитой из серебристо-серого меха. Он уже не пытался поднять лук или хотя бы оглянуться – просто бежал, загребая снег сапогами. С каждым шагом все медленнее.

– Стой! – крикнул я, занося меч. – В горы тебя к троллям…

В последний момент внутри шевельнулось что-то между благоразумием и жалостью. Я уже не мог остановить полет тяжелого клинка, но чуть развернул его и опустил на узкую спину беглеца плашмя. Ниндзя неожиданно тоненько вскрикнул, выронил лук и свалился в снег. Удар сбил ему дыхание, но, похоже, не успокоил. Когда он вытащил из-за пояса нож и попытался подняться, я от всей души врезал ему под ребра сапогом – и на этот раз победил окончательно. Ниндзя со стоном прокатился по снегу, стукнулся затылком о ствол дерева и затих.

– Только посмей пошевелиться, и я отрежу тебе голову! – Я нацелил острие меча ему прямо в горло. – Трус! Неужели у тебя нет храбрости сразиться со мной честно? Как можешь ты называться мужчиной?

– Я не могу, – простонал ночной ниндзя, стягивая с головы капюшон. – И не стану.

По его плечам рассыпались длинные огненно-рыжие волосы.

Я едва не выронил меч. Ночной поджигатель-ниндзя оказался женщиной. Нет, даже не женщиной – девчонкой всего на пару лет старше Синдри Флокисона. И, похоже, хорошенькой. Безупречный овал лица я смог разглядеть даже в темноте. А рыжие волосы не просто отражали далекий свет пожарища и факелов, но и, казалось, сами сияли, переливаясь медью, золотом и чистым пламенем. Я не забыл, что эта самая акробатка-валькирия только что убила моих людей и чуть не пристрелила меня самого, но…

Йотуновы кости, взять и снести голову такой красотке мне просто-напросто не хватило духу!

– Кто ты такая? – спросил я. – Зачем напала на нас?

– Мое имя – Вигдис Вестардоттир! – Девица вскинула голову. – Ты убил моего отца и братьев, и я защищаю свой дом!

Я включил «Истинное зрение». Все верно – Вигдис по прозвищу Рыжая (что неудивительно). Судя по всему – дочь покойного тэна Альвсбуна. Лучник, пятнадцатый уровень. Серьезная девушка – но чего ей не сиделось дома?..

– Защищаешь? – Я легонько ткнул острием «Звезды» в мягкий мех ее куртки. – Это твои люди пришли в Карболе и начали бой!

– И мы бы победили, будь на то воля богов! – огрызнулась Вигдис. – И пусть поразит меня Тор-защитник, если завтра утром твой хирд не стоял бы у ворот Альвсбуна.

Логично. Даже Тор-защитник, с которым я уже имел счастье познакомиться лично, никаких возражений не имел. Я действительно собирался отправиться в Альвсбун. Но я не собирался драться и устраивать резню. А теперь Вигдис, похоже, не оставила мне других вариантов.

– Твой отец сам выбрал свою судьбу, – сказал я. – Я не ссорился с ним, и его люди могли остаться дома в тот день, когда Орм Ульфриксон отправился в Фолькьерк.