– Конечно, слушаю! Говори.

– Потом мы очутились в роще. Обнимались.

– Признаюсь, Захар, словам Белоус я поверил бы не очень-то, но...

И Владимир Харитонович протянул Измайлову фотографию, которую с трудом выпросил у Марины Антоновны.

Захар Петрович посмотрел на снимок, затем, вопросительно, на собеседника.

– Ее первая дочь... Альбина, - прокомментировал Авдеев.

– Господи!
– вырвалось у Измайлова.
– Вылитый Володька!

Он так же, как в свое время Авдеев, был поражен сходством. Мысли у него путались. Он опять вскочил со стула.

– Ты веришь, что я не знал?
– спросил Измайлов.
– Веришь?

– Почему я не должен верить?
– пожал плечами Авдеев.

– Почему же она не сообщила мне тогда? Я бы женился на ней, даю честное слово!

– Она написала тебе. До востребования. Но письмо пришло обратно.

Измайлов задумался.

– Да, да, - проговорил он растерянно.
– Помню: я попросил ее писать в Ковров. Но пробыл там всего две недели, потом нас отправили в Орел... Хорошо, а почему она не отвечала на мои письма?

– Откуда я могу знать? Она об этом ничего не говорила, - ответил Авдеев.

– Ну а в поезде? Когда мы в прошлом месяце ехали в Рдянск? В конце концов, у себя на квартире? Почему она не сказала мне о дочери?
– словно сам с собой рассуждал Захар Петрович.
– Ведь не кто-нибудь, а дочь! И внук! Это же... Это же...
– Он задохнулся, не находя слов.

Наступило долгое молчание. Нарушил его Авдеев:

– Вот так, Захар.

– Послушай, - глухо откликнулся Измайлов, - как же теперь, а?

Владимир Харитонович опять пожал плечами.

– Это уж что сердце подскажет. Сам знаешь, юридически доказать никто ничего не сможет...

– При чем тут какие-то доказательства!
– воскликнул Измайлов.
– Жить двадцать пять лет и не знать, что у тебя есть дочь... Может, я ей нужен!.. Дай мне адрес общежития. Я должен найти Альбину!

– А может, лучше, чтобы дочь не знала?

– Вот об этом я и хочу поговорить с Мариной. Прошу.

Авдеев покачал головой, затем написал на бумажке адрес общежития медицинского училища и без слов протянул Измайлову.

* * *

Гранская вернулась из Южноморска в тот день, когда Измайлов выехал в Рдянск. Ей только передали в прокуратуре, что он после выступления в суде тут же отправился в областной центр.

Следователь связалась с Коршуновым и попросила зайти. Он примчался в прокуратуру.

– Какой улов?
– нетерпеливо спросил старший лейтенант.

– Небогатый, - призналась Инга Казимировна.
– Но поразмышлять есть над чем.

– Жену Марчука допросили?

– Допросили, - протянула Гранская.
– Поймала ее на второй день. Весьма кокетливая особа...

– Хороша собой?

– Смотря на чей вкус. Пышненькая и глупенькая. Кажется, имеет романы на стороне. Я говорила с соседкой, пока ее дожидалась во дворе. Болтливая попалась старушка... Когда Марчука нет, его Томочку привозят поздно на такси. А потом до утра играет музыка, хлопают пробки от шампанского...

– А что она говорит о муже?

– Ой, умора!
– засмеялась Гранская.
– Я говорю: его разыскивает милиция. Она округлила свои накрашенные глазки и заявляет: "Вы ошиблись, Григорий Пантелеевич ответственный работник на фабрике..." Неподражаемо. Это надо было видеть! Честное слово, я думала, такие экземпляры встречаются только в сатирических книгах...

– Двадцать третьего и двадцать четвертого июня Марчук был у себя дома?
– не выдержал старший лейтенант.

– Жена утверждает, что был. Приехал якобы в воскресенье двадцать третьего из командировки. Она сделала ему ванну с французским шампунем, подала кофе. Потом они ужинали салями...

– Значит, ошибочка, - задумчиво сказал Юрий Александрович, думая о чем-то своем.
– Алиби...

– Алиби?
– усмехнулась Инга Казимировна. И серьезно заметила: - Я не очень уверена в правдивости ее показаний.

– Почему?
– встрепенулся инспектор.

– Не зря же я вам так долго рассказывала, что это за птица...

– А-а, - виновато улыбнулся Коршунов.
– Ну да, в голове ветер, не знает, в какую сторону дуть...

– Вот именно! Она все пыталась выяснить у меня, какой эстрадный ансамбль гастролировал в Южноморске двадцать третьего июня, то есть в воскресенье... По-моему, так она различает дни - на какой концерт ходила, в каком ресторане гуляла... Короче, доверять ей на сто процентов нельзя.