— Зови, Илия!

Я вздрогнула. Сцена была подготовлена, почте все актеры заняли свои места. Штандарты реяли над головами молчаливых солдат, готовых в любой момент сорваться с места.

Мне не понадобился зов. Витар появился из «горлышка». Огромная белая в черных пятнах кошка с горящими зелеными глазами. Он медленно приближался глядя исключительно на меня. За ним по пятам шли другие варды, не желающие оставлять своего короля. Обостренным до предела слухом я услышала, как натягиваются тетивы и взводятся механизмы арбалетов. Ещё немного и бойня неизбежна.

— Варды, ваша королева возвращается в нашу веру! И готова принести клятву Власти Всеотца и признать Карила Иссольского единственным правителем!

«Верь в меня, прошу!»

Мой отчаянный крик души я выплескиваю в немой надежде.

— Примите мою верность, Ваше Святейшество.

Я медленно, опускаюсь на колени, протягивая ладони, чтобы принять руку прелата, для поцелуя. Мне кажется мир замер и время замедлило свой бег.

«Я люблю тебя, моя Илия!»

Теперь не страшно! Ничего не страшно! И не сдерживая более улыбки, ловлю протянутую мне ладонь врага. С запястья стекает браслет, будто его и не было. Не помеха он мне нынешней.

Пора.

Столб света вырывается из моих пальцев, бьет в ладони Великого прелата, проходя сквозь тело и ослепляя расходится концентрическими кругами, охватывая всех присутствующих.

Ты наша надежда! Наш священный сосуд. Дитя с Древней Кровью, которую одарил Всеотец своим светом и та, что стала парой Белому Зверю, подарив ему любовь. Ты носишь его дитя, а с ним его силу. Как же долго мы ждали! Едва не потеряв надежду. Враг уже набрал огромную власть и мощь…Но появилась ты и соединила в себе всё, что мы могли дать этому миру для его защиты. Сила трех изгонит тьму. Коснись того, кто это начал и твоя нынешняя суть отторгнет зло! Мы не могли влиять на твое сердце, Илия, ты должна была прийти ко всему только сама! Ведь без любви ничего бы не вышло.

Дело сделано и я чувствуя, как меня покидают силы, проваливаюсь в спасительное забытьё.

Свет повсюду. Я купаюсь в нём, как в тёплых водах Галлийского залива. Мне совершенно не хочется выплывать из этой сладкой неги. Что-то настойчиво врывается в мой персональный мир грёз, нахально тряся и что-то требуя.

— Открывай глаза, сокровище! Маг-лекарь сказал, что ты уже в полном порядке.

Голос Витара звучит насмешливо, но моя память услужливо подбрасывает картину последних событий и я приоткрываю веки, машинально втягивая шею, предчувствуя, какой нагоняй заслужила. Но тут же вспоминаю, что так и не знаю, чем же всё кончилось и тут же подпрыгиваю на кровати. Голова резко кружится и меня ведет обратно, но сильные руки успевают подхватить.

— Ты меня точно в преддверие Хамзы отправишь раньше срока, — сокрушается мой вард.

— Давай ты мне расскажешь, чем всё закончилось, а потом можешь наказывать, — очень жалостливо попросила я.

На меня смотрели с лукавым прищуром и улыбались, отчего я сделала оптимистический вывод, что буря если не миновала, то явно поутихла. Я наконец окинула взглядом окружающий меня интерьер — действительно, неплохо бы понять, где я. Хотя, раз Витар тут, то в общем-то, всё равно.

Это была наша спальня в Парящем. Вот тут я конкретно зависла. Это как же меня приложило, что я ничего не помню? Витар же в это время с любопытством наблюдал смену эмоций на моем лице и считывал их.

— Ты тут уже сутки, авантюристка героическая, — вздохнул он. — Мы победили, хотя после того, что ты устроили и побеждать-то было особо некого. Большинство тех, кто давно был поражен магией Харама уже не спасти. Они погибли на месте после того, как ты уничтожила кукловода. Ну, а кто пострадал не сильно, оклемаются и вернутся в норму. У ордена Храмовников теперь новый прелат. Сама понимаешь, уничтожать веру нельзя, да и не безопасно. Но перемены неизбежны. Твои родственники пока погостят в Парящем, я позволил. Так что, скоро увидитесь. Ну, и Карил… Отец впал в кому. Мама от него не отходит. Лекарь только разводит руками, ничего не обещая, — Витар мотнул головой, словно отгоняя дурное видение, — Короче, на тебя очень зол Ренар и Гент, а остальные боготворят и превозносят. Ты у нас просто героиня. Но не для меня! И поверь, радость моя, тебя от серьезной взбучки удерживает лишь твоё состояние, — он посмотрел многозначительно, а я закусила губу.

Вот поди пойми, знает или нет? Эта великая интриганка Древняя сказала, что помогала скрывать мой запах, чтобы этот кошак не догадывался, о моем интересном положении, а то бы запер в самую высокую башню и пусть хоть вся Террия разваливалась, но не выпустил бы.

Впрочем, я и сама до последнего не подозревала…

— И когда бы ты мне сказала, Илия? Или считаешь, что мне ни к чему знать, что моя любимая носит нашего малыша?

А-А-А! Знает! И злится! Сильно злится, хуже, чем за побег и подвиги!

Я молча смотрела в зеленые глаза, придумывая себе оправдания и боясь пошевелиться. Хотя это у меня вряд ли бы получилось — мой супруг крепко держал меня в своих лапах.

— Я тебя очень-очень люблю и больше не буду! Честно-честно! — я сама не знаю, чего конкретно я обещала, но для верности ещё и покивала головой.

— Ох, чудо, — снова вздохнул мой вард. — Я тебе дам, не буду! Думаешь ты одним котёнком отделаешься? И не рассчитывай.

И меня бережно прижали к груди и поцеловали, осторожно поглаживая, как самое драгоценное сокровище.