Она внезапно рванулась и прижалась к груди, будто мне уже в бой. Крепко вжимаясь и на миг прикрывая глаза, словно желая раствориться во мне.

— Береги себя, ладно? И помни, я тебя люблю, — прошептала и отстранилась так же быстро, словно стеснялась собственного порыва.

Лишь мазнула легким поцелуем губы.

— Мы скоро. Просто побудь здесь, — я бросил взгляд на застывшую девушку. Что-то царапнуло внутри, но я отмахнулся от ненужных сейчас рефлексий — не до того.

«Горлышко» нынче представляло собой сплошную линию обороны. Подбираться самим к неприятелю смысла не было. Горы — вот наше главное преимущество. Скалы вокруг давно были изрыты червоточинами ходов, что вели на удобные уступы, с которых прекрасно простреливалось пространство внизу. Только Звери могли бы вскарабкаться по камням наверх, если не рухнут вниз под градом стрел. Ну, люди тоже пытались взять эту преграду и не раз, кто с лестницами, кто с осадными башнями приходил, но а кто просто массой задавить защитников пробовал. Судя по тому, что я видел сейчас, у врагов не было плана длительно осаждать перемычку. И это тоже удивляло и настораживало.

Внизу, под уже вечереющим небом, вспыхивали искорки костров. Наши оппоненты никуда не торопились, развернув военный лагерь и чего-то выжидая. А может всего лишь устраивая передышку прежде чем рвануть в битву.

Обход позиций и беседы с командирами заняли чуть больше времени, чем я ожидал. И когда по равнине внезапно разнесся звук трубы призывающей к атаке, а вслед за ним прозвучал и наш сигнал тревоги, то удивился быстроте и слаженности действий врагов. Ведь до сих пор в их стане была почти мистическая тишина, даже наш животный слух ничего не улавливал. Я лишь видел сидящих у костров воинов, застывших, словно спящих, да над несколькими палатками вдали развивались штандарты Карила и Храмовников.

И вот сейчас они буквально с места рванули в нескольких направлениях. Только варды и все в ипостаси Зверя. Бросались в проход и на ближайшие скалы, и казалось бы не замечали, что буквально за секунды были утыканы стрелами, как дикобразы. Совершенно невменяемые, но ещё более живучие, чем это свойственно нашей природе. Я почувствовал первую волну магии Харама. Кто-то из наших бойцов уже кричал, падая и задыхаясь.

Одежда полетела с меня буквально там где стоял и мой Зверь бросился на врагов, под приветственные крики воинов.

Они верили в Белого Ирбиса и он просто обязан был оправдать ожидания.

Битва, а точнее бойня, опьяняла. Рвать на части, отбрасывая в стороны огромных кошек с пустыми глазами. Сейчас не страшно, сейчас думает Зверь, а точнее ведут его инстинкты.

Звуки и запахи слились в одну песню, почти забытую мною. Песню самой Смерти, песню Белого Зверя.

Всё было кончено быстро, выжившие нападавшие откатились к своим, зализывать раны. Первый, пробный бой за нами!

Но, нежданно, эйфория легкой победы сменилась горькой волной.

Боль души… Она накатила отвратительным пониманием, что именно сейчас случилась беда. Я с трудом вырвался из разума Зверя, желающего бежать к источнику этой боли. Илия… С этой неугомонной снова что-то стряслось. Уже человеком я озирался по сторонам, пытаясь понять что произошло.

— Ваше Величество! — молоденький офицер-вард испуганно, но твердо окликает меня. Я уже предчувствую, что за весть сейчас услышу.

Разворачиваюсь, сжимая кулаки, сдерживаясь чтобы вновь не оборотиться и не рвануть… куда-то в сторону вражеского стана.

— Кто?!!! Кто её увёл?!! И как?!

От моего рычания кажется содрогнулись горы. Но вард устоял, только стал белее полной луны, что лениво выползала освещая поле битвы.

— Там был маг. Сильный, владеющий иллюзией. С ним два полукровки. Они Её Величеству браслет надели. И нож к горлу приставили. Мы не могли стрелять, они бы убили… Всё спланировано! Пока шел бой, они сразу веру Илию утащили, а мы пропустили, не могли рисковать. Только… — он мотнул головой, словно отгоняя гадкую мысль.

Я давил в себе бешенство. Неужели снова. Второй раз и так просто? И это среди сотни своих?

— Говори, что «только»? — рявкнул я на замявшегося офицера. Тот тоже сжал кулаки и поджал упрямо губы, а потом посмотрел мне в глаза, решаясь:

— Простите меня, вер Витар, но кажется Её Величество не хотела сопротивляться. Охранник сказал, что она сначала смотрела на этого мага под иллюзией в упор, тот выглядел, как один из офицеров разведки, а когда он схватил ее за руку, его личина спала. Но она даже не пыталась…

Мой Зверь взвыл, требуя вернуть свою пару, сходя с ума от тоски и непонимания. Он чувствовал направление, но между нами будто стена выросла. Боль и холод, словно сердце вырвали. Она ведь сильная и была готова к битве! Почему?!!

На мне повис Ренар и другие офицеры. Перед глазами была пелена. Зверь рвался завладеть телом и разумом.

— Витар, НЕТ! Не делай этого! Остановись, ты всех погубишь и её не вернешь!

Звуки прорывались сквозь вой Зверя с которым я еле справлялся. Задавив усилием воли обезумевшего шерстяного паразита, выпрямился, тяжело дыша. И уже осмысленно посмотрел на лежащих и потирающих ушибленные места, брате и прочих помощниках.