Шрифт:
— Извини, Рикард, но по-другому никак! — она попыталась отсосать из раны яд, сплевывая его на траву.
Ей нужно добраться до сумок. Там есть лекарство.
Но лошади стояли в стороне, дальше того места, где дротик настиг Рикарда. И хотя они в укрытии, позади скала, но выходить опасно. И Кэтриона сложила руну, хоть и силы нужно беречь, но она должна его спасти...
Должна!
Набросила руну на лошадей.
Бард вскинул голову, заржал, и её Дружок следом, они развернулись и прыгнули прямо через кусты можжевельника, по другую сторону от камней.
Дротики полетели снова, но в этот раз не достигли цели.
А она выстрелила в псов ещё раз.
Сквозь сизый туман Дэйи она видела их, спрятавшихся за большим камнем и кустами барбариса по ту сторону дороги — трое. Скорпионы с головами собак. И ещё двое ранены её стрелами, один — сильно.
С троими она, пожалуй, справится, но лучше всё же переждать здесь, пока не появится айяаррский отряд. Сзади они не подберутся, а впереди всё простреливается, и хоть стрел у нее осталось штук семь, но она не промахнется. Да и всё равно, одна она не сможет погрузить Рикарда на лошадь.
Отцепила сумки, вытряхнула свои вещи и нашла полотняный мешочек. Сушеный скандрийский мох — лучшее средство. Быстро приложила к ране. Он вытащит яд. Пусть и не весь. Хотя... как повезет. Но Кэтриона верила в чудодейственную силу лекарств Адды. Они столько раз спасали её собственную жизнь.
Она дотронулась пальцами до шеи Рикарда — пульс есть. Очень быстрый, лихорадочный. И веки подрагивают, а лицо бледное. Знать бы, что за яд? В змеях она разбиралась не очень хорошо.
И, сама не зная почему, вдруг аккуратно мизинцем убрала прядь со лба Рикарда. Дотронулась тыльной стороной ладони до щеки. И ощутила, как внутри теплеет, как рада она его видеть, хоть и не признавалась себе в этом. И если бы она умела делиться силой — она бы поделилась. А так...
Её затопила дикая злость.
Она перебьет этих псов, всех до единого!
Кэтриона смотрела в щель между камнями, прикрытую ветками можжевельника, и следила за псами, сжимая в одной руке арбалет. А другой нащупала холодную руку Рикарда, и сжала.
— Не вздумай умереть, Рикард Адаланс! Не вздумай умереть! — шептала она, повторяя раз за разом, и выпустила ещё одну стрелу, увидев мелькнувший сквозь ветви силуэт.
Попала. Пес вскрикнул.
Теперь трое ранены. Главное, чтобы айяарры возвращались засветло.
Она следила за дорогой внимательно, вслушиваясь и глядя сквозь Дэйю за тем, что происходит на той стороне.
Они решили уходить. Забрали раненых, двинулись назад, спускаясь по осыпи на дно ручья. По нему они и приехали, опередив их и сделав засаду как раз в тот момент, когда Кэтриона и Рикард решили поговорить по душам.
Но вот что было странно...
Скорпионы с головой с собак — Песчаные псы.
А им-то она чем насолила? Или...
...или, может, они охотились вовсе не за ней?
Она так погрузилась в свои размышления, что не заметила, как рука Рикарда снова стала тёплой.
— Зачем ты спасла меня? — услышала она его тихий голос и даже вздрогнула. — Ты же хотела меня убить? Почему было не оставить эту работу псам?
Он смотрел на неё, как-то странно, с лёгкой полуулыбкой. Хотя лицо всё такое же бледное, а синие глаза стали почти черными от расширенных зрачков, но...
Он был жив!
— Псам? Пфф! — усмехнулась она и почувствовала, как его пальцы сжали её руку в ответ. — Ты ещё не ответил на мои вопросы, дружок! Если тебя кто и убьет, то это буду я!
И вдруг нахлынуло какое-то облегчение, словно камень с плеч свалился. Она даже и не думала, что так боялась того, что он умрет. А вот теперь...
И внезапно захотелось выпить.
Пожалуй, она напьется сегодня!
— Надеюсь, у айяарров найдется что-нибудь покрепче сидра! — воскликнула она и постаралась высвободить руку.
Это прикосновение вдруг стало слишком... горячим. Рикард разжал пальцы, посмотрел на рану и дотронулся до мха.
— Ты меня лечила...
— Эти твари смазали дротик змеиным ядом, мох должен вытянуть остатки. Лучше не трогай, сверху нужно наложить повязку...
Она достала смотанный туго бинт.
— Не шевелись. Надо прибинтовать мох.
— Откуда ты знаешь, что это змеиный яд?
— Ээээ... я же ведьма, ты забыл? — улыбнулась она, бинтуя ему предплечье.
— Я ничего о тебе не забываю, Кэтриона, — произнес он негромко.
И от этих слов, от того, как он их сказал, что-то полыхнуло внутри, и даже руки ослабли и ноги, и он... он был слишком близко от неё, а пальцы вдруг стали такими неловкими, что она едва смогла закрепить повязку и тут же отодвинулась.