– Да это понятно! – сказал Булочкин. – Орлы Гладышева проинструктированы, про детей мы знаем.

– В общем, чего они там задумали, убить или просто отстранить, проверять не будем! Вывозим императора в безопасное место, а там посмотрим.

Маршрут полета был проложен таким образом, чтобы обходить районы с сильной ПВО, но таковых на Хонсю осталось немного, так что значительно это время полета не увеличило. К тому же было еще темно, а немногочисленные японские РЛС были давно выведены из строя.

Для посадки было выбрано довольно большое ровное поле, достаточно твердое, чтобы принять тяжелые самолеты. Поскольку удалось найти подходящую площадку в нужном месте, парашюты были не нужны, но с собой их все равно взяли, мало ли что. Определенная проблема заключалась в том, что японский мало кто знал. В Европе с языком было проще, на базовом уровне все осназовцы и разведчики изучили немецкий, а затем и английский. Правда, японские офицеры и чиновники должны были понимать английский, но рассчитывать только на это было нельзя, поэтому в составе первой волны десанта было несколько военных переводчиков. Среди людей, летевших на Хадсоне, японский неплохо понимал Булочкин, похуже – Аверин.

Перед первой волной десанта шли три Ту-2, в своих бомбоотсеках они несли диверсантов, задачей которых было найти нужную площадку и обозначить ее. С этой важной задачей ребята из первого взвода осназа АСС справились успешно, когда самолеты первой волны пришли в заданный квадрат на земле зажглись огни, а по радио пришел условленный сигнал. Хадсон шел первым, включив посадочную фару, за ним садились С-54.

Точных сведений, где прячется Хирохито с семьей и сколько человек его сопровождает, у десантников, разумеется, не было, но предположение, которое следовало проверить в первую очередь, имелось. Примерно в километре от места посадки стоял загородный дом родителей одного из приближенных к императору офицеров. Вероятность, что Хирохито укрылся именно там, была велика, этот дом решили проверить в первую очередь. Из самолетов выкатывали доджи и мотоциклы, но Северов решил отправиться пешком, поскольку поиск дороги мог занять лишнее время. Северов, Булочкин и Гладышев со взводом осназа совершили марш-бросок к усадьбе, Аверин остался распоряжаться на месте высадки и организовывать оборону, Деревянко выехал с механизированной группой.

Как и рассчитывал Северов, по пути пришлось преодолеть несколько оврагов и совсем маленьких мостиков, проехать по которым ни на машине, ни на мотоцикле было нельзя. Быстро сориентировавшись на местности благодаря отличным картам и аэрофотоснимкам, нужную усадьбу удалось найти еще до восхода солнца. В предрассветных сумерках осназовцы окружили дом, после чего Северов и Булочкин подошли к двери и постучались. Через некоторое время дрожащий голос спросил что-то по-японски.

– Я прошу вас открыть дверь, – ответил Олег на английском языке. – Мы не причиним никому вреда, даю слово офицера.

Дверь приоткрылась, в проеме показался пожилой японец, держащий в руке масляный фонарь. Увидев Северова и внушительного Булочкина, он чуть не грохнулся в обморок.

– Успокойтесь, мы ничего вам не сделаем. Нам необходимо видеть хозяина усадьбы.

– Я хозяин этого дома. Что вам угодно?

В слабо освещенном коридоре показался еще один японец, немного моложе первого, явно являвшегося слугой, но гораздо более внушительного вида, хотя и имевший довольно тщедушное сложение.

– Я генерал-майор Северов, это генерал-майор Булочкин. Мы знаем о перевороте и его причинах. Мы прибыли, чтобы обеспечить безопасность императора и его семьи.

Пока озадаченный японец соображал, как ему реагировать на появление советских офицеров в пригороде Токио, Рекс проскользнул мимо ноги хозяина и ринулся вглубь дома. Пришлось на него прикрикнуть, вернулся он явно недовольный.

Из темноты сада выступил боец и шепнул Олегу, что со стороны города слышен звук моторов, на подходе немаленькая колонна грузовиков. И вряд ли это развозят фрукты, скорее всего заговорщики узнали о месте, где скрывается император.

– Если Император находится в вашем доме, то лучше нам поторопиться, сюда явно едут заговорщики. Слышите звук моторов?

– Но почему…

– Не стоит, Сэтоши! – из глубины дома вышел еще один японец, в котором Олег узнал Хирохито. – Генерал мог бы давно перевернуть вверх дном весь дом, но он этого не сделал. Я благодарю вас за тактичность, генерал!

Северов изобразил поклон. В это время раздался звук моторов доджей и мотоциклов, раздались быстрые шаги и подошел Деревянко.

– Ваше Величество, нам лучше немедленно покинуть этот дом. Скоро здесь будут заговорщики с солдатами. Я генерал-лейтенант Деревянко, уполномочен вести переговоры с Правительством Японии, генерал-майор Северов является представителем Ставки Верховного Главнокомандования. Мы гарантируем неприкосновенность вам и членам вашей семьи и предлагаем проехать с нами. Мы вывезем вас на Хоккайдо, таким образом вы не покинете пределы метрополии. После подавления заговора, а мы уверены в том, что большинство японцев сохраняет вам верность, мы переправим вас обратно. Все наши действия вызваны лишь опасением за вашу жизнь и жизни членов вашей семьи. Никаких документов, пока вы находитесь у нас в гостях, мы подписывать не будем.

Хирохито колебался недолго, он что-то сказал по-японски. Из темноты коридора вышла женщина, за руки она держала двух детей, девочку лет пяти и мальчика лет девяти. В женщине Олег узнал жену императора – императрицу-консорт Кодзюн, в девичестве принцессу Нагако. Из-за ее спины выглядывали остальные дети императора, они были явно сильно напуганы.

– Господин генерал! – обратился Хирохито к Кузьме Николаевичу. – В доме находится мой последний оставшийся в живых адъютант, лейтенант Комацу. Он ранен, я прошу вас взять его с собой. Заговорщики убьют его, когда найдут.