Я его убью.

Мне нужно несколько секунд, чтобы перевести дыхание, давясь, проглотить крепкие русские слова — единственные адекватные звуки, которые я могу издавать в этой ситуации.

С другой стороны, если альтернативой… гмм… бодрящему душу, было бы нелицеприятное знакомство со свекровью, то не такой уж Марик и засранец.

Тьфу ты, что у меня в голове?! Какая свекровь?

Я фыркаю от льющей в нос и глаза воды, наощупь нахожу вентиль и подбираю комфортную для себя температуру. Только потом с трудом выбираюсь из мокрой тряпки, которую больше в жизни не надену, потому что прямо сейчас выброшу в мусорное ведро.

Пусть Червинский делает с ней, что хочет — хоть за балкон вывешивает без всяких свидетельств нашей «первой брачной ночи».

Но, кстати, раз уж Червинский сам меня сюда затолкнул, посмотрю, чем этот позер наводит марафет. Он же у нас метросексуал, не удивлюсь, если у него в ванной две полки: одна для своих баночек и тюбиков, а другая завалена всякими женскими мелочами, чтобы его подружка было комфортно приводить себя в порядок до и после «страстной ночки».

Но, облом.

У него тут всего одна полка, и на той — стандартный набор: пена для бритья, шариковый дезодорант, гель для душа и шампунь. Отдельно лежит дорогая электробритва. В стаканчике с зубной пастой всего одна зубная щетка.

И даже женского ультракороткого халатика нет.

Ну и в чем мне выходить?

На сушилке пара полотенец размера «набедренная повязка» и даже если каким-то чудом удастся соорудить из них устойчивую конструкцию, даже я не настолько безумна, чтобы в таком виде показываться перед практически посторонней женщиной. Которая думает, что я — невеста ее любимого сына.

— Вера, я оставил кое-что на ручке, — слышу голос Червинского за дверью, и так спешу выбраться из душа, что чуть не падаю, но успеваю кое-как зацепиться за раковину.

Правда, грохот устраиваю все равно знатный, и Бабник даже не скрывает едкий смешок. — Пить надо меньше, красавица моя. Воспитывать тебя и воспитывать.

Вообще, я не пью. Только по праздникам или с подружками, когда есть повод.

Но ведь и набраться в стельку тоже бывает нужно. Особенно когда тебя — карьеристку и холостячку — за пять минут женят, обвешивают гроздьями детей и превращают в домохозяйку.

— Червинский, просто на всякий случай — пошутили и хватит.

Тишина. Ушел? Можно без опаски открывать дверь?

На всякий случай выразительно и громко говорю, что кольцо, конечно, хорошо, но стремление к гигантизму указывает на потребность компенсировать более скромные «нижепоясные размеры». Червинский не сможет промолчать, или я его совсем нее знаю.

А раз в ответ тишина, то можно смело открывать дверь.

В щелочке, куда я проталкиваю руку, замечаю странное цветастое пятно. Веду взглядом выше и наталкиваюсь на Червинскую-старшую. Судя по удивлению и шоку на ее лице, моя последняя реплика застала ее врасплох.

Что-то в последнее время я то и дело даю осечки с этим семейством.

— Это была просто шутка, — нервно улыбаюсь я и быстро захлопываю дверь.

Вот как мне теперь нос высунуть? Как посмотреть в глаза женщине, которая думает, что я подарю ей парочку внуков и мы вместе будем ходить на шопинг и в театр?

Ладно, буду решать проблемы по мере их поступления. Что тут за наряд принесла мне фея-крестная?

Как это… в духе Марика: подсунуть мне свои спортивные шорты и футболку, в которой я могу плескаться, словно в море-океане. Но хоть не подсунул трофейные тряпки своих бывших пассий. А, может, и тех, которые у него постоянные, для здоровья. В конце концов, даже у Антона долгое время были именно такие отношения.

Я кое-как привожу в п порядок волосы — с шевелюрой чуть выше копчика, без нормальной расчески, средства для укладки и фена, это просто задание из разряда «Адская кухня», так что видок у меня, прямо скажем, не фонтан. И это самое отвратительное. Я привыкла к образу Синего чулка и научилась мимикрировать под скучную серость, мне комфортно в своем родном стиле — обычной молодой женщины, которая любит ходить на каблуках и не смущается короткого платья или шорт. Но что мне делать с той лохматой, одетой в мужские вещи потеряшкой, которая затравленно смотрит в зеркало? Понятия не имею.

В общем, из ванной я выхожу украдкой, словно воришка.

Голоса раздаются откуда-то справа. Ну и хоромы у Червинского: тут можно рассекать на мини-автомобиле, не боясь помять бамер. Но как бы не хотелось устроить променад по холостяцкой берлоге, нужно отыграть роль. Червинский со своей справился на «отлично», если честно, и если я вчера спьяну не натворила дел, разговоров о кольце, машине и красавчике-миллионере тетушками кумушкам хватит до старости. Если Бабник перестанет вести себя как подарок судьбы, я с удовольствием поблагодарю его за спасение. В том числе и от нудной компании Егора.