Три охотничьих ватаги привезли гору дичи, рыбаки умудрились по наводке все еще болтавшихся в порту тритонов изрядно прорядить две огромные рыбные стаи. Ну и ремонтники практически завершили приводить в чувство потроха огромного города, сдав очередные метры под жилье и мастерские. Пусть поток переселенцев и ослаб, но зато почти все прибывшие сумели найти себе какое-либо занятие по душе и никто не ночевал под открытым небом. С учетом того, что через месяц пройдут первые жестокие осенние шторма, это было важно. А довольные жители — это и плодотворная работа, и неплохие налоговые поступления. Ну и от объявлений “требуется” вперемешку с “мы открылись” еженедельная газета скоро лопнет.

Правда капитан Ностро не хотел праздновать. Хоть он и сумел вернуться домой вовремя и раненных удалось пристроить в госпиталь не схоронив по дороге, но на сердце было тяжело. Столь жесткое начало охоты на пиратов, предательство уже бывшего господина полицмейстера, отсутствие новостей от Каппы – все вместе заставляло капитана хмуриться и жевать чубук ни в чем не повинной трубки.

Господин Тристан открестился от нападения, долго разливался соловьем о необходимости поддерживать друг друга в трудную минуту и даже чуть раскошелился на ремонт “Мамы Зубатки”. Но камень на сердце так и остался. Да и понимал Ностро, что все эти красивые слова всего лишь пустая мишура. Если мэру понадобится, он тут же забудет как вместе наливку распивали и повернется спиной. Исключительно прагматичный мерзавец.

С завершением основного ремонта в Лортано для ватаги тритонов почти не осталось работы. Они подписали договор на будущие визиты для осмотра подводной части города раз в три месяца, затем взяли разовый контракт в порту. Как судачили на пирсах, через пару-другую дней зубастая компания вполне могла уплыть домой.

Старик Таторе большую часть времени проводил теперь в доке Каппы. Водолаз оставил ему чуть денег на накладные расходы и бывший пивовар решил вспомнить молодость. Таторе гонял чаи со знакомыми, уточнял про будущие планы, давал осторожные обещания и периодически что-то записывал в безразмерный гроссбух. Сегодня вечером старик закрыл тяжелую дверь, поправил шляпу и отправился в гости к другу.

Устроившись за широким столом Таторе постучал пальцем по своему бумажному чудовищу и атаковал капитана без подготовки:

– Где наше плавучее чудо? Сколько он еще собирается под водой отсиживаться? Дел невпроворот, а его морские черти где-то носят.

– Он брал на охоту три недели. Потом переход на дозаправку к родне своего хвостатого и домой, с заходом в Монторсо. С первыми штормами будет здесь.

— То есть через месяц, вряд ли раньше... Плохо. Очень плохо.

– А что так? — капитан поставил перед гостем огромную кружку с горячим чаем и пододвинул поближе блюдо с еще горячими булочками. Кок на “Зубатке” был просто чудо, но каждый день предаваться греху чревоугодия? Надо хотя бы приятеля порадовать.

— Что так? Да я прикинул варианты, к концу месяца надо уже склады под аренду брать, в мастерских заказы на крепеж размещать, потом с хвостатыми договариваться о начале работ. Как раз после первых штормов “окно” будет, они успеют заложить свою первую деревню. Пока холода не начались начнут дома выращивать, территорию готовить под фермы и вообще... А это все — деньги.

— Деньги...

Ностро налил чаю себе, отхлебнул и задумался. Потом полез в свой бездонный карман, достал записную книжку и сунул нос в собственные расчеты.

— Вот я и говорю, без Каппы начинать все это чревато. С нами вряд ли кто разговаривать будет, он вживую нужен для переговоров. И если где задержится, что мне со всем барахлом делать?

– Значит, решил ты все же принять приглашение, – хозяин “Мамы Зубатки” удовлетворенно отчеркнул что-то ногтем на одной из страниц и посмотрел на друга. — А ломался-то, юлил. И воды боишься, и плавать не хочешь. И вообще...

– Я еще ничего не решил!
– - рассердился Таторе, но увидев ехидную улыбку Ностро чуть сбавил обороты: – Ну, интересно мне в этом повариться, да... Если у парня все получится, мы одной из основных семей в городе станем. Вон, Шивульцы, почти половину рыбной торговли под собой держат. Или Харансены с их морскими берсерками. Чем мы хуже? С водяным и тритонами накоротке можно таких дел намудрить...

– Значит, ты варианты прикинул? То, о чем Каппа просил.

– Ну, так, по мелочи...

Распахнув гроссбух, Таторе начал переворачивать страницы:

– Склады, в доке ремонт баркасов, пока лодки нет. Три станка уже можно на подработку поставить, Перлита их до ума довела, а соседи не успевают с заказами. Потом...

Широко распахнув глаза капитан смотрел, как перелистываются одна за другой страницы, как бегает тонкий палец по бесконечным строчкам.

– Подожди, ты это все напланировал на ближайший месяц?

– Это основа! – важно выпрямился будущий управляющий. – Но без нее темп потеряем, клиентуру и вообще...

– И сколько тебе прямо сейчас нужно?

Таторе оглянулся на закрытую дверь и шепотом ответил:

– Надо минимум двадцать жемчужин. Или две тысячи чаков. Хотя жемчугом расплатиться выгоднее, скидка будет. И еще через два месяца – столько же.

– А если Каппа задержится, то до весны сможешь сам все пока в руках держать, без его участия?

Закрыв тяжелую книгу прагматичный коммерсант сердито фыркнул: