Понять Дарилла поняла, но жить так не могла и не хотела. Ей уже снилось, что она сидит в клетке, а охраняет её большая чёрная змея. Девушка чувствовала себя угнетённой. И с каждым днём ей становилось всё хуже и хуже. В конце концов, она решила поговорить с Ерхой.

Разговор этот состоялся в комнате на постоялом дворе в Чёрной Ретрее. Дарилла дождалась, когда все соберутся и пойдут вниз ужинать, и взглядом попросила дядю остаться.

– Что такое?
– в голосе старика звучало беспокойство.

Девушка дождалась, пока на лестнице стихнут шаги, и спросила:

– Ты всё ещё готов оставить наагасаха?

Ерха с удивлением посмотрел на неё.

– Ты был прав, когда говорил, что сейчас его можно оставить, - продолжила Дарилла.
– Он не один. А Низкан... Низкана можно попробовать уговорить поехать с нами.

Ерха угрюмо свёл брови и поджал губы. Молчание затянулось. Дарилла ощутила беспокойство.

– Знаешь, Дар, я не думаю, что стоит рваться куда-то, - медленно и очень серьёзно произнёс дядя.
– Наагасах - хороший мужик... Ну, не без дурности в нраве, но так-то неплох.

– Но ты же сам предлагал!
– Дарилла поражённо посмотрела на него.

– Ну эт когда было?!
– Ерха закатил глаза.
– Всё уж изменилось. К тому ж...

Он вдруг посмотрел на Дариллу с опаской, словно не знал, стоит ли ей это говорить.

– Что?
– девушка мрачно посмотрела на него.

– Неравнодушен он к тебе, - решился, наконец, старик, вызвав безграничное удивление у девушки.
– Того глядишь срастётся, и будет у тебя славный муж.

Дарилла смотрела на него, не в силах вымолвить ни слова. Ей казалось, что она спит и видит сон. Наагасах? Муж?

– Бред, - вырвалось у неё.

– Да почему ж?!
– Ерха с возмущением посмотрел на девушку.

– Кто он и кто я?
– холодно спросила Дарилла и тут же ответила: - Он будущий правитель нагов, проживший уже семь веков. Ты думаешь, он обратит внимание на такую, как я?

– Так ты тож дочь графа...
– начал Ерха, но Дарилла перебила его.

– Я дочь захудалого нордасского графа, к тому же обедневшего, - безжалостно произнесла она.
– Среди аристократии всё очень строго. Такие, как я, уже не являются достойной парой для будущих королей.

– Так Таюна вон вышла за своего!
– тут же нашёл пример обратного Ерха.

– Аршавеше не наследник!
– резко ответила Дарилла.
– К тому же его женитьба на Таюне - это результат его собственного безрассудного решения, которое, к счастью, обернулось благом. Неужели ты думаешь, что наагасах Риалаш способен на безрассудные решения? Или что его интерес настолько силён, что сможет завести его так далеко? Я тебе отвечу! Это всё сказки, которые так любишь рассказывать ты.

Ерха выглядел несколько обескураженным таким ответом.

– К тому же наагасах мне не нравится, - Дарилла произнесла это излишне поспешно, да и голос у неё дрогнул, так что в глазах Ерхи зажглось сомнение.

Опять наступило молчание. Девушка смотрела на дядю с обречённостью во взгляде. Если он сейчас откажет, то она почувствует себя совершенно одинокой. Дарилла вдруг поняла, что боится его ответа.

– Нет, Дар, - Ерха отрицательно мотнул головой.
– Не дело это. Пойдём с ним уж до конца.

– Но дядя!
– девушка с мольбой посмотрела на него.
– Вспомни о нашем первоначальном плане! Как мы выполним его, если наагасах будет всегда рядом?

– Значит, судьба у нас идти за настоящим артефактом, - сурово ответил старик.

У Дариллы всё внутри упало. Накатила опустошённость. Ерха ободряюще похлопал её по плечу.

– Да всё образуется! Ну подуетесь друг на дружку ещё денька три и помиритесь. А дальше и веселее будет, и мне спокойнее. А то у меня самого умения не хватает тебя в узде держать, - он хохотнул, а Дарилла вздрогнула.

– А кем я буду в вашей компании?
– голос её звучал холодно, и она особо выделила слово «вашей».

– Как кем?
– не понял Ерха.

– Обузой... глупой девчонкой... ребёнком...
– перечислила Дарилла и посмотрела на дядю.
– Вы же не воспринимаете меня на равных, скрываете что-то...

– Да что ты такое говоришь?!
– возмутился Ерха.

Девушка прищурилась.

– Скажешь, нет? А о чём вы постоянно шепчетесь? Почему так быстро передвигаемся? Бежим от кого-то?

Старик ощутимо смутился и почесал затылок.

– Да пугать просто не хотели...
– попытался оправдаться он.