– Вот и ладненько. Сможете лежать неподвижно, или зафиксировать?

– Привязывайте. Как это "хорошо зафиксированный пациент в наркозе не нуждается"?

– О-о-о… Я вижу, вы уже сталкивались с лучшими представителями нашей братии, – усмехнулся Ларсен.

– Приходилось, – вернул усмешку Жорот.

Он быстро разделся и лег, Ларсен присел рядом и, достав из-под кровати ремни, аккуратно притянул Жороту руки в двух местах, и пропустил ремень поверх груди.

– Думаю, хватит. Так. Шипы здесь, здесь, здесь и здесь. – Ларсен показал две точки на плече одну на бедре и одну в паховой области. Начнем, пожалуй, отсюда…

А остальные я оберну дополнительной защитой, чтоб одновременно не включились.

Первый шип выходил трудно, Ларсен промучился больше часа, пока зловредная колючка не шмякнулась на металлическую тарелку. Целитель мгновенно испепелил его, перевел дыхание и посмотрел на бледного пациента.

– Может, все же обезболивание?

Жорот покачал головой.

– Ладно. Если будет невтерпеж, скажите.

– Давай уж на "ты", – выдавил колдун.

– Тоже верно… Просто ты, по-моему, старше, поэтому подобное предложение с моей стороны выглядело бы хамством.

Колдун бледно усмехнулся:

– И сколько тебе?

– Семьдесят шесть.

– Старше. Мне триста девяносто восемь.

– О! Видишь, соотношение возрастов я угадываю хорошо, – хмыкнул Ларсен. – Кстати, твой стоицизм вовсе не обязателен. Можешь вопить и ругаться, только не дерись.

Жорот непроизвольно взглянул на связанные руки и против воли усмехнулся:

– Хорошо, не буду.

– Зря иронизируешь, – тут же отозвался Ларсен. – Пациенты такие изобретательные попадаются… Так. Отдых закончен. Сейчас будет полегче, я уже понял, что к чему…

Второй шип вышел едва за полчаса. Третий чуть медленнее – похоже, Ларсен просто устал. К тому же целитель запоздал с огненным заклинанием и шип чуть не скользнул в палец к самому Ларсену.

– Ч-черт! Проворный, собака, – проворчал парень.

– Отдохни немного, – выдавил Жорот.

– Ты о себе беспокоишься или обо мне? – с насмешкой уточнил парень.

– О себе, ясное дело, – отозвался колдун. – Поскольку ошибки целителей дороже всего выходят (обходятся) пациентам…

Ларсен заразительно рассмеялся и отозвался, все еще улыбаясь:

– Хорошо бы, но твою изоляцию этот чертов шип уже порвал в клочья, и моей тоже недолго жить осталось. Так что терпи.

Последний шип вышел без эксцессов, Ларсен испепелил его и резко встал, с наслаждением потянувшись всем телом. Снял с Жорота ремни, и спросил:

– Раны сам закроешь, или как? Многие предпочитают сами – говорят и быстрее получается, и лучше…

– Закрывай ты. Я не умею.

– Что?!

– А чему ты так удивляешься? Я же не целитель.

– Но… Это же основы самолечения.

– Не получается у меня, – досадливо отозвался Жорот. – Свежие еще могу, а этим-то уже несколько часов…

– Ясно… Все. Готовься, надо будет перебираться в соседнюю комнату. Учти, у тебя сейчас начнется откат от таблетки, я его замедлил и немного ослабил, больше не получилось – сильная, гадость… Если уж совсем плохо, могу отнести.

Жорот сел, точнее, попытался. Голова закружилась, в глазах потемнело и, как финал, накатила резкая тошнота.

– Опс-с… А что ж она у тебя открылась-то?.. Подожди… Ага, вот оно… Теперь порядок.

Колдун пытался справиться с рвотными позывами и отдышаться. Ларсен терпеливо ждал, потом парой движений уменьшил тошноту.

– Лучше не смогу. Только резких движений не делай.

– В смысле, резко не падать?

– Так. Понял.

Ларсен одним движением подхватил пациента на руки и потащил в соседнюю комнату.

– Не смей! Положи, я сам!

– Будешь возмущаться… обездвижу…

Уложив колдуна на кровать, Ларсен накрыл его одеялом, поправил подушку:

– Все. Засыпай.

– Легче сказать.

Как только колдун закрывал глаза, голова начинала дико кружиться.

– Заснешь, не беспокойся… – Ларсен, похоже, наложил какое-то заклятие, продолжая балагурить, – Я понимаю, тебе для полного счастья вина бы сюда…

Девочек… Но уж придется потерпеть денек-другой. Воздержание, оно, говорят, на моральном облике хорошо сказывается…

– Какой дурак тебе это сказал? – отозвался колдун, который лежал с закрытыми глазами, надеясь, что мельтешение перед зрачками утихнет хотя бы немного. – Оно сказывается плохо – и на моральном облике, и на здоровье. Кстати, если решишь кого-то приглашать, то меня больше устроят мальчики…