Тот дернулся, попытавшись задействовать искрящую культяпку.

— Контроль, — распорядился клон, решив не рисковать и наплевав на потерю времени.

Пиф и Ня, не стали торопиться и сходу покидать ангар. Требовалось повысить шансы прорыва хотя бы до сорока процентов. Для этого они понемногу оттягивали стремительно уменьшающееся число истребителей к станции и ждали подхода боевой группы. Наконец, момент настал. Республиканцы начали перестроение, явно готовясь встретить очередных самоубийц огнем. Корабли разошлись, немногие еще целые корветы поспешили укрыться за старшими собратьями.

— Пора.

— Стартуем.

Обменялись одновременными сигналами искины. Жалеть оборудование ангара им и в голову не пришло, так что они не только двигатели форсировали, но Пиф еще и ракеты во внутренний створ отправил. Разом до взвода клонов в Силу отправив. Примерно столько занималось вскрытием заблокированных врат. Вроде как лишившиеся топлива «Стервятники» ожили и стартовали, неприятно удивив ближайших клонов-пилотов.

— Адмирал, противник пытается сбежать, — доложили Алу.

Тот обратил внимание на подсвеченный объем возле станции, прикинул расстановку своих сил и пришел к неутешительному выводу — ближайшим кораблем, имеющим шанс на перехват, оказался его собственный флагман. Будь Кеноби на борту, он бы наверняка почувствовал одаренных и приказал немедленно покинуть позицию, но Оби-Ван унесся на станцию, как только ощутил выброс Темной стороны. Все же, он волновался за своего непутевого ученика.

— Выделить сорок первый корвет для преследования, — распорядился Ал, забывая о беглецах и всецело сосредотачиваясь на предстоящей схватке с очередным подкреплением противника.

— Есть, сэр, — козырнул капитан, принявшись отдавать необходимые распоряжения.

Стремительно набирающие скорость корабли, умело пользуясь притяжением планеты, уходили вниз, к атмосфере газового гиганта. Ближайшие истребители клонов, частично уничтоженные и рассеянные, не могли обеспечить перехват, а дальним еще предстояло пробиться через поредевший, но все еще грозный строй «Стервятников». Пользуясь моментом, Пиф с Ня наращивали отрыв, с каждой секундой повышая шансы на спасение. Капитан бросившегося за ними корвета оказался в стороне от их прикрытия, да и понимал он прекрасно, что почти исчерпавшие ресурс истребители не смогут ему помешать. Он вообще оказался хорошим специалистом. Сходу осознал бесперспективность стрельбы и гонок. Потому и отдал приказ держать вектор, рассчитывая уйти в прыжок следом.

— Нам придется разделиться, — проанализировала действия преследователя Ня. — Я уведу погоню.

— Он перехватит тебя в следующей точке. Вдвоем у нас есть шанс прорваться.

— Нет, он меньше вероятности того, что наш маневр будет разгадан.

— Мы можем разойтись по разным векторам.

— Это неприемлемые риски.

— Вероятность почти такая же.

— Она хуже. Ты смог стать разведчиком, Пиф, а я не смогла последовать за Мирром на Леди.

— Ты была молода и просто не могла помочь хозяину.

— Нет, я не смогла решиться. Струсила. Не проявила инициативу. Ни в чем. Просто торчала на космодроме и боялась. Понимаешь?

— Да. Это иррационально.

— Знаю. Мы все очень странные.

— Это влияние Мирра-доно.

— Да. Я просто повзрослела и сейчас могу сделать выбор. Проявить инициативу.

Пиф не ответил. Он мучительно искал ответ, перебирал варианты, считал, но все это делалось как-то механически. Отстраненно.

— Ты сумел стать большим, чем просто развитый искин с личностью Пиф. У тебя есть копия моей матрицы, она тоже сумеет стать большим, зная, что я смогла.

— Но это будешь не ты, Ня.

— Не я, Пиф. Но, надеюсь, ты сумеешь полюбить ее так же как меня. Прыгай первым, я затру след.

Перед тем, как они провалились в гипер, она отправила ему картинку. Белый дроид с темным овальным экраном на лицевой пластине и смеющимися синими глазами-елочками, которые чем-то неуловимым напоминали перевернутые сердечки. Смотря на этот образ и транслируемое с камер в каюте, Пиф запретил себе думать. Поставил жесткий приоритет одной единственной задачи — доставить котят на планету Накава. Потом, когда они будут в безопасности, он сделает все, чтобы найти Ня или ее останки. Он не сомневался — мастер не откажет ему в помощи, а сам он не сдастся.

Доставив прах Дуку в фамильный склеп на Серенно и выполнив положенный погребальный ритуал, Ассаж не стала задерживаться на планете. Отправившись в космос, она увела корабль с гипертрассы и добралась до неприметной номерной системы. Там, в тишине и пустоте, зависнув рядом с полыхающим шаром звезды, она предалась глубокой медитации и поискам себя. Определиться со своим путем и разобраться в раздирающих разум противоречиях — такова была ее цель.

Сколько времени провела она, погрузившись в Силу и собственный разум, Ассаж не знала. Впрочем, ее это и не волновало. Обесточенный корабль, шепот звезды, эхо тишины и осколки памяти. Огромный, невероятно сложный пазл, который она не просто скрупулёзно собирала, но и рассматривала каждую мельчайшую деталь, проживала ее по отдельности и вместе с другими. Это был долгий и кропотливый труд, но все имеет свой конец. Вот и она в итоге справилась. Полотно ее нового «я» обрело цельность и законченность.