— Сделал, — шевельнул ушами Свез.

«Мило», — мелькнуло в голове Ассаж, она еле пальцы удержала, представляя, как касается их и проводит рукой по густой гриве.

— Я не ощущаю в тебе Силы, — вырвал ее из наваждения напряженный голос господина.

— Кое в ком ее весь орден углядеть не может.

«Учитель удивлен и… напуган», — поразилась появившейся из ниоткуда уверенности Ассаж.

— Убить его! — рявкнул граф.

Команда начисто стерла в разуме все мысли и чувства, заставив тело броситься в бой. «Не мешайся, Сладкоежка», — махнул рукой Мирр, отправляя ее в полет так просто и беззлобно, словно мошку отогнал. Магнастражам повезло меньше. Росчерки клинков. Едва уловимые движения и льдистое марево на миг окутывает Свеза.

Время растянулось для Ассаж в нечто ранее неведанное. С каким-то странным, даже нездоровым наслаждением она смотрела за разлетающимися кусками уничтоженных дроидов. Скребущий звук, от катящейся к ногам господина головы IG-100, воспринимался болезненно. Она слышала его какими-то рваными порциями, каждый удар-отскок отзывался зубной болью.

«Хорошие машинки, жаль сломать пришлось», — усмехнулся наемник. «Да какой он наемник! Очнись, дура! Джедай это!» — пронеслось в голове, бросившейся в бой Ассаж. «Ну и гад же ты, Дуку», — услышала она, за миг до того, как оказаться вновь впечатанной в пластбетон.

Вновь броситься в атаку она не успела. Свез снял маскировку в Силе. Эффект оказался подобен взрыву световой гранаты. Она растерялась. Запуталась, а тут еще и «Сладкоежка, не мешайся» прозвучало. «Я не Сладкоежка!» — родился в ней обиженный крик, да такой, что у нее колени подогнулись. Только разбираться со странностями некогда было.

«Меч без Силы ничто», — небрежно отодвинул голову дроида граф, скидывая плащ. «А со мной на тренировках только недавно его снимать начал», — пришла к Ассаж несвоевременная мысль, вызвавшая обиду и желание надуть губы. «Давно я не встречал достойных противников», — отсалютовал клинком Дуку. Свез отзеркалил движение, принимая стойку.

«Вот это мощь», — чуть не захлопала в ладоши Ассаж, пораженная тем, как Тьма, словно прилив, затопила все вокруг. Не то что шевельнуться, даже вдохи стали мукой. «Он обречен», — заставила она себя радоваться. Вот только Дуку не собирался останавливаться на достигнутом. Созданное им продолжало уплотняться, закручивалось, давило и сжимало все сильнее.

«Как же тяжело, что вы делаете, учитель?!» — пыталась крикнуть Ассаж, но в глазах становилось все темнее. «Воздух, мне нужен воздух. Не-е-ет! Не хочу умирать. Не так. Ползти, я должна ползти!» — инстинкт самосохранения рождал не только мысли, но и заставлял тело действовать.

Прекратив изрыгать тягучую черную от крови и слюны желчь, Ассаж начала приходить в себя. «Как же хорошо», — радовалась она слезам, вызванным болью в часто-часто вздымающейся груди. «Где труп гада, из-за которого меня чуть собственный учитель в Силу не отправил? Хоть попинаю, какое-никакое моральное удовлетворение», — пришла мысль, давшая силы открыть глаза. Лучше бы она этого не делала. Утонуть в сочувственном взгляде вертикальных зрачков, обрамленных ласковым светом добрых солнц, оказалось настолько неожиданно, что она, невзирая на состояние, отпрянула.

Попытка притянуть мечи и напитать тело Силой провалилась сходу. Она выпала из круга света. Тьма тут же кинулась к добыче. Придавила жертву к пластбетону. «Нет, я не должна, мое место тут», — билось в ее голове, но глупое тело не желало умирать. Оно само поползло к джедаю. Глаза-солнца служили маяком, помогали, давали силу. Он верил в нее. Она точно знала это. «Смогла», — улыбнулась Вентресс. Каждый вздох становился для нее пыткой, каждый удар сердца грозил стать последним, но хуже всего приходилось разуму.

Голова раскалывалась от сонма образов, чувств и мыслей. Сознание стало подобно разбитому зеркалу. В каждом осколке отражалась частичка ее или той, другой Ассаж, любившей Свеза и убитой Дуку. Граф спешил, он не собирался оставлять ученицу в живых, ему требовался лишь инструмент, дающий пространство для маневра и позволяющий не запачкать рук. Он действовал грубо, а потому, в ней осталось большинство из составляющего ее прежнюю личность. Вот только, той Ассаж уже никогда не вернуться. Вспомнив все, запутавшись в том, что в каком порядке происходило и откуда-то или иное чувство взялось, нынешняя Вентресс потеряла себя. Ей предстоял долгий путь, до первых шагов по которому еще предстояло дожить.

«Граф, вы так себя или собственную ученицу в Силу сведете», — словно сквозь вату, услышала Ассаж голос Свеза над собой. Заторможено переведя взгляд, она машинально отметила покрасневшие, резко очерченные темными кругами, глазами Дуку, его бледность, впалые щеки и окончательно поседевшие волосы, напоминающие сейчас весенний подтаявший сугроб. Безразлично смотрела она на поднимающуюся руку, окутанную схлынувшей Тьмой. Она знала, что сейчас произойдет. Столько раз ее наказывали молниями Силы, что она научилась ощущать их на стадии формирования, без всякого предвиденья.