Я вижу, какую игру она ведет, и не собираюсь поддаваться. Вместо того чтобы ринуться защищать свою очевидную любовь к женщинам, как она того хочет, я решаю показать ей.

— Забери этот напиток назад, — приказываю я ей, толкая его к ней. — Убери украшение и подай его соответствующе.

Ошеломленная, но явно раздраженная, она спрашивает:

— И как вы желаете, чтобы он был подан? Толпой мартышек, которые держали бы инкрустированную золотом тарелку с выгравированным вашим именем?

Еще больше нахальства, она так ничему и не научилась?

— Он должен стоять слева от меня, Пенелопа. И если ты действительно хочешь сохранить эту работу, полагаю, стоит попридержать свой язычок за зубами. Не забывай, это обучение, и у меня есть возможность попросить тебя уйти при первом нарушении. Правило номер один для официанток в комнате хайроллеров: следи за своими манерами. Правило номер два: правильно подавай напитки, несмотря на то, что ты считаешь это шуткой.

Раздраженная моей лекцией, но следуя правилам, она возвращается к барной стойке, чтобы переделать мой заказ. Вместо того чтобы наблюдать за ее возвращением, я не дарю ей удовольствия от моего внимания, вместо этого поворачиваюсь спиной, как будто я настоящий игрок, которого она обслуживает.

Прежде чем она оказывается позади меня, я могу ощутить ее приближение по запаху. Смесь свежих цветов и сладких оттенков, которые опьяняют.

— Вот. — Она ставит мой напиток слева, но я возвращаю его ей на поднос.

— Еще раз. На это раз обслужи в тишине. Игроки не хотят слышать твою речь, пока сконцентрированы на игре перед собой. Чем меньше ты будешь отвлекать, тем лучше. Запомни, ты загадка для этих джентльменов. Ты должна оставаться невидимой, и тебя позовут только, когда кому-то что-то понадобится. До этого момента ты заботишься о пустых бокалах и наполняешь их, не спрашивая. Всегда сервируй с левой стороны и никогда не пробуй подглянуть в их карты.

— Я могу это сделать.

Проверяя ее еще раз, я скольжу рукой по ее ноге, провожу кончиками пальцев достаточно высоко, чтобы оказаться в миллиметрах от ее трусиков. Ее дыхание учащается, а руки сжимаются по бокам.

— И когда кто-то другой, кроме меня, прикасается к тебе, плюнь в его напиток.

— Кроме вас? — выпаливает она, тем не менее позволяя моим пальцам мягко скользить по ее коже.

Я встаю, убираю руку и обхожу ее, прижимая руку к пояснице Пенелопы наклоняюсь, чтобы снова говорить прямо ей в ухо. Я собираюсь спросить ее, когда двойные двери номера открываются, Грэхем входит в помещение с озадаченным взглядом на лице.

— Что здесь происходит?

Как будто я обжег ее, Пенелопа отступает и выпрямляется при появлении Грэхема, должно быть зная, кто это.

— Добрый день, мистер Ларсон. Мистер Сент обучает меня.

Да, она знает кто это.

Засовывая руки в карманы, он выпрямляется и говорит:

— Ты новая официантка, которую мы наняли для обслуживания хайроллеров?

— Да, сэр. Меня зовут Нелл Прескотт.

Он кивает, как будто узнает ее имя. Ублюдок едва в курсе, кто работает в его отеле, он оставляет эту «холопскую» работу на своих менеджеров и директора.

— И ты сказала, что тебя обучают?

— Да, сэр.

— Интересно. — Грэхем ходит по комнате, наблюдая за тонкостями, прежде чем подходит к Пенелопе. Осматривая ее снизу-вверх, он спрашивает: - И кто тебя обучает?

— Эм... мистер Сент.

Что за тупица?

Грэхем поворачивается ко мне с ухмылкой на лице, но все еще говорит с Пенелопой.

— Мисс Прескотт, у Гевина нет права обучать вас. Он игрок в покер, чертовски прекрасен в этом, и время от времени наблюдает за обманщиками в комнате управления, но у него нет опыта в обучении персонала. — Я никак не реагирую, я знаю, что он ждет этого. Грэхем разворачивается к Пенелопе и спрашивает: — Что побудило вас попросить его обучить вас? Особенно после вашей вчерашней проблемы?

— Ч-что? — Пенелопа метает ножи в меня. — Извините, мистер Ларсон, но мистер Сент убедил меня под ложными предлогами, что он ответственен за меня. Если бы я знала, что это не так, я бы попросила кого-то другого с надлежащими полномочиями обучить меня.

— Проста ошибка, которая не осталась незамеченной. Я уверен, он многому вас научил, но, пожалуйста, помните, мисс Прескотт, к дружбе сотрудников с игроками в «Парагоне» относятся с неодобрением. Помните об этом, когда будете обслуживать Гевина слева, а его палец будет скользить по вашему бедру в следующий раз. — Он ярко улыбается и говорит: — Вы свободны. Увидимся завтра. Будьте здесь вовремя, вам компенсируют часы потраченного сегодня времени.

— Да, сэр, — говорит она быстро, прежде чем сбегает.

Как только она скрывается из виду, я перевожу внимание на Грэхема, который сияет от удовольствия.

— Ты огромный мудак. Ты в курсе этого?

Он смеется и его смех эхом разносится по комнате.

— Ничто не может обеспечить мне прекрасное настроение лучше, чем помешать кому-то потрахаться.

***

— Затем он входит с видом важного раздутого мудака и все мне портит.

— Я помешал этому придурку подцепить девчонку, — добавляет Грэхем. — Ты должен был видеть, как быстро я испортил его попытку соблазнить ни в чем не подозревающую официантку.