Я поднял трубку телефона и набрал номер Быка. Пришлось ждать около минуты, прежде чем он ответил.

— Привет, Наиль, — поздоровался я с ним. — Как у тебя идут дела с директором продовольственной базы? Наверное, тоже участвуешь в ее приватизации?

— Угадали, как всегда. Нормальные люди всегда найдут общий язык в общении. Вот решил вложить все свои сбережения в приватизацию предприятия.

— Каков результат подобных инвестиций?

— Все нормально, Виктор Николаевич. Когда вы приобретете себе чего-нибудь? Смотрите, пожелаете, но будет поздно. Все уже скупят предприимчивые люди.

— Спасибо за совет, — сказал я и положил трубку.

Я снова подошел к окну.

— Интересно, а что мне предложит Артур? — подумал я. — Судя по времени, сейчас он должен будет мне позвонить.

Я закрыл окно и сел в кресло.

— Интересно, что же он мне хочет предложить? — вновь подумал я и посмотрел на молчавший телефон.

Несмотря на томительное ожидание, звонок прозвучал для меня неожиданно. Я вздрогнул и, протянув руку, снял трубку. В трубке я услышал веселый и беспечный голос Головина.

— Еще раз привет. Виктор Николаевич, как смотришь на то, чтобы нам с тобой вместе пообедать, заодно и обговорить все вопросы?

Я с самого утра ничего не ел и произнесенные Головиным слова вызвали в моем желудке соответствующую реакцию. Мне сразу же захотелось есть, и я без всяких возражений согласился с его предложением.

— Тогда вот что, Виктор. Подъезжай к ресторану «Восток» на Кольце, это мой ресторан. Я обещаю, что мы с тобой насладимся хорошей русской кухней.

Через полчаса мы уже сидели с ним в небольшом уютном зале и ели вкусные щи из кислой капусты.

— Ну, как щи? — поинтересовался у меня Головин. — Этот рецепт щей мой повар нашел в каком-то старом забытом журнале о вкусной и здоровой пище. Попробовал сварить, всем, кто пробовал, блюдо очень понравилось, а как тебе?

— Ты прав, Артур, щи просто великолепны. Я давно уже не ел таких вкусных, а если точнее, лет десять. У меня отец был большим мастером, умел вкусно готовить, а особенно щи.

— Вот те и на! — удивленно произнес он. — А я об этом от тебя слышу впервые. Так вот, Виктор, слушай, что я тебе сейчас скажу. В ближайшее время, насколько я знаю, у вас в системе произойдут коренные изменения, а если точнее, уйдет ваш министр. Вместо него, по всей вероятности, будет назначен новый человек. Сможешь ли ты с ним сработаться, я не знаю. Он человек властный и не любит партизанщины.

— Ну, и кого прочат на его место? — поинтересовался я у него.

Головин, словно не услышал моего вопроса, продолжал говорить.

— Ты как человек знающий и авторитетный, но не лишенный авантюризма, едва ли сработаешься с новым министром. Я больше чем уверен, ты по складу своего характера не станешь прогибаться под ним и, как всегда, будешь вести независимую политику.

Головин сделал паузу и, взглянув на меня, продолжил:

— Поэтому, извини меня, но мне кажется, что ты сейчас немного не понимаешь, что происходит в нашем государстве. Ты по-прежнему живешь старыми идеалами справедливости и правды. Сейчас, поверь мне, их нет, и думаю, что они едва ли снова когда-либо возродятся в нашем обществе. Поэтому я предлагаю тебе работу, где можно зарабатывать хорошие деньги. С деньгами ты везде будешь чувствовать себя хорошо как в России, так и за бугром.

Я сидел за столом и внимательно слушал Головина. Его манера излагать мысли стала потихоньку меня раздражать. Он не говорил, а скорее, штамповал свои тезисы. У него уже давно все было разложено по своим полочкам — новый министр, моя авантюрная деятельность и так далее и тому подобное. Он решил дальнейшую судьбу не только за министра, но и за меня. Подавив в себе желание что-то возразить, я молча продолжал слушать его.

— Ты сам знаешь, Виктор Николаевич, сейчас приходят во власть со своими командами и командами из нее уходят. Ты всегда будешь инородным телом в команде нового министра, и она тебя все равно выдавит. Вот поэтому я тебе предлагаю перейти на работу ко мне в организацию. Мне нужен такой, как ты, человек на должность начальника службы безопасности. Для начала я тебе бы установил оклад в тысяч пять зеленых. Поверь, ты такие деньги никогда не заработаешь в МВД.

Я молча отложил в сторону ложку и взглянул в лицо Головину. Последние его слова заставили меня задуматься. О возможных изменениях в руководстве МВД я уже слышал ранее, в том числе и от Быка, но особого значения этим слухам не придавал. Сейчас сидящий передо мной человек предлагает мне вполне реальную работу с хорошим окладом. Однако, не зная, почему, я колебался. Я попытался представить свою жизнь вне милиции, но как я ни старался, ничего не получалось.

— Неужели я такой кретин, что не могу выбрать из двух направлений одно, которое мне нужно?

Я испытывал душевное мучение, потому что просто не знал, что мне выбрать — деньги или все тот же тяжкий и порой неблагодарный труд. Чем дольше я размышлял над этим, тем все больше и больше сомнений возникало у меня в душе. Заметив мое замешательство и нерешительность, Головин сказал:

— Я все понимаю, Виктор Николаевич. Это серьезное решение, и поэтому я не хочу торопить тебя. Время еще есть. Ты еще раз подумай об этом на досуге. Я знаю только одно: два медведя в одной берлоге не живут. Ваш новый министр, человек с большой и хорошей памятью, никогда и ничего никому не прощает.