Союз же нас потряс. И не качеством жизни или какими-то особенными технологиями. Нет. Он потряс нас отношениями среди людей. Такого не ожидала даже я, хотя слышала рассказы отца. Это была удивительная смесь доброжелательности и участия. Каждый вокруг готов был прийти нам на помощь в любой момент. От необходимости спросить дорогу, до оборудования стерильной комнаты в гостинице. Причём, если в Канаде за комнату брали хоть и небольшие, но деньги, то в Союзе переделывали бесплатно, просто из симпатии к кварианке. Через некоторое время я заметила, как раскрепостилась Вайли. Как легко и непринуждённо она общается с людьми и они к ней, самое главное, относятся так же. Девушка цвела улыбкой и таскала нас везде где ей казалось есть что-то интересное, так что моя программа полетела к чертям. Ну и ладно зато весело провели время.

— Как здесь чудесно, Джейни! Я как будто домой прилетела, я как будто снова на флоте. Почему в Канаде не так?

— Не знаю, подруженька, исторически так сложилось. Русские никогда жадными не были, а сейчас, когда в Союзе решены почти все социальные проблемы, то наша национальная черта помогать просто так, за спасибо и искреннюю благодарность, расцвела пышным цветом. Плюс, тут до сих пор строят коммунизм, а это формирует определённый тип отношений в обществе.

— Но в космосе не так! Там скорее как в Канаде.

— Альянс вообще странное государство, и как его до сих пор не разорвало внутренним напряжением, я не понимаю, Вайли.

— А какие отношения были у Вас, на Мендуаре?

— Ты знаешь, это скорее этакая смесь Канады и Союза, для своих отношение как здесь, а для чужих, как в Канаде.

— А как отличаете своих от чужих?

— Я даже ответить сразу не могу, но свои чувствуются. Тот, кто хотя бы полгода прожил в колонии, становится немножко другим и это заметно. Так что своих легко отличают. И относятся соответственно. Сейчас, наверное, это ещё сильнее обострилось.

— Удивительно.

Побывали мы и в Ленинграде, о как! И в Москве, которая, совершенно не походила на того монстра из моего мира. Весь город помещался в пределах садового кольца, а дальше шли лишь пригороды застроенные частными домами. Город тонул в зелени и совершенно не походил на столицу одного из могущественнейших государств Альянса систем. Затем Золотое кольцо и я затащила ребят на Урал. Мы проехали все города и мой родной тоже. И печаль-печаль я его не узнала, лишь планировка совпадала, а всё остальное…

Закончили на Байкале, вид великого озера очень понравился друзьям. Поели местных деликатесов и на радость Вайли, в питомнике, покормили нерп. Тюлени людей совсем не боялись, легко шли на контакт, брали из рук рыбу, давали себя гладить, смешно пища и толкаясь при этом. И я отчётливо поняла это не моя страна, я никогда уже не смогу понять этих людей, принять да, но понять нет. В этой системе надо родиться, вырасти. И меня одолела грусть, ведь таким мог быть мой народ и там, в моей первой жизни. Если бы подлые твари из собственной жадности не разрушили великую мечту. Заменив её жвачкой и тупыми шоу по зомбоящику.

Приборка закончена и почти вся команда сидит в кают-компании, лишь Кид торчит у трапа, ожидая дрона-доставщика с ужином из ресторана. На готовку ни у кого нет ни сил, ни желания. Пищит инструметрон капитана и Макс вяло тыкает в сенсор приёма.

— Да, Кид, что у тебя?

— Макс, тут инспектор из «Опеки и попечительства» и ей нужен ты и Чарли. Что ей сказать?

— Какого хера ей надо, Кид?

— Я не знаю, Макс, она говорит, что будет говорить только с тобой и Чарли.

— Проводи.

Мы встревожено переглянулись, и моя чуйка взвыла дурниной. Ещё на Гавайях меня одолели дурные предчувствия, но я так и не разобралась в причинах. Думала, что проблемы с кораблём и экипаж на это накрутила, это была одной из причин сегодняшнего аврала. Но, проверка не выявила никаких проблем, наоборот ребята на «Искре» сработали просто супер, даже завидно стало за качество их работы. А проблема то подкралась с другой стороны.

Глядя на меня, на моё побледневшее лицо, Макс заволновался и вслед за ним встревожилась вся команда. Створки лифта открылись и перед нами предстала давешняя толстая тётка во всё том же жёлтом унике и хмурый Кид.

— Мое имя Луиза Сюрон и я старший инспектор из департамента «Опеки и попечительства», района Международного космопорта Ванкувер. Мне нужны Максимилиан Мейер и Чарльз Ксавье, где я могу их увидеть?

— Максимилиан Мейер, это я. — Ответил капитан.

— А я, Чарльз Ксавье. — Сказал старпом.

— Прекрасно, господа, я здесь по поводу вашей подопечной. — Сказала тётка. И странным, масленым взглядом посмотрела на меня. В её эмоциях царило странное торжество.

— А в чём проблема, мисс Сюрон? — Спросил Макс.