Gott weiss ich will kein Engel sein! [296]

Толпа бесновалась в экстазе и сама Джен тихо охреневала от происходившего. Такого драйва не ожидала даже она, не говоря уже об остальных зрителях.

Отзвучали последние аккорды, потонув в громогласном рёве тысяч разумных. Погас свет и во тьме, тоненько запела скрипка, запела и, к ней присоединился синтезатор. А затем благоверный запел:

Ich werde in die Tannen gehen,

Dahin wo ich sie zuletzt gesehen.

Doch der Abend wirft ein Tuch aufs Land,

Und auf die Wege hinterm Waldesrand. [297]

Грустная песня, шла своим чередом, и тьма снова освещалась тысячами огоньков. Сколько их здесь? Джен заглянула в инструметрон, включила режим широкого поиска абонентов, и прибор выдал, что в радиусе двух километров больше десяти тысяч устройств.

Музыка стихла и толпа, молча, смотрела на сцену и экраны. Услышанное заставило вспомнить очень многих, тех, кто навеки остался на этой войне. Тех, кто погиб на планетах, отражая десанты врага. Тех, кто погиб в захваченных скрытых городах. Были и такие, и было их много…

Загорелся свет и, у микрофона стояла Снегурка, Шепард же у синтезатора. Поплыла печальная мелодия, зазвучала флейта и подруга запела:

Время листает,

Страницы военной хроники.

Низкое небо в огне.

Тонет любовь,

В диссонансах тревожных симфоний,

Мы теряем друг друга на этой войне. [298]

Девушка заслушалась, чувствуя, как от слов и музыки, где-то внутри разгорелась надежда. Она сидела и слушала и губы, беззвучно шептали вслед за Сильви:

Ветра, разлуки, потери,

Бессильны — Пока мы вдвоём.

И я, почти уже верю,

Что мы — никогда не умрём.

Затихла музыка, и толпа громко закричала и захлопала в ладоши от восторга.

Затем они слушали уже знакомые песни. Шепард объявила концерт по заявкам. Так что, ребята спели «Титаник» и «Зверя», а за ними снова «Держаться за воздух» и другие.

Уже поздно вечером, когда показалось, что концерт закончился, перед микрофоном осталась одна Женя. Оглядела притихшую толпу, взяла аккорд и её поддержала лишь Снегурочка.

Грустная мелодия и подруга запела:

Hope can drown, lost in thunderous sound.

Fear, can claim, what little faith remains!

But I carry strength from souls now gone,

They won't let me give in…

Припев подруги пели вдвоём:

I will never surrender,

We'll free the lands and sky.

Crush my heart into embers,

And I will reignite.

I will reignite! [299]

Второй куплет пела уже вся группа, только играли всё так же лишь Шепард и Снегурочка, а припев, за музыкантами подхватила вся толпа внизу и в тёмное небо, летело словно клятва: — Я никогда не сдамся!

Женька (Лазурная, 2 июля 2388 г. Поздний вечер.)

Сумерки, на пляже у кампуса лагеря отдыха пусто, мои друзья родичи и товарищи разошлись по домикам. Завтра наш отдых заканчивается и мы, пройдя парадом по главной площади столицы Лазурной — Новограду-Белому. Отправимся на свои корабли и уйдём на Землю.

Как и в игре, враг утащил Цитадель туда и ждал нас, прекрасно зная, что у нас нет выхода, и мы попытаемся её отбить.

Сижу обнимая со спины свою Ли и азари прижалась ко мне глядя в звёздное небо.

— Скажи мне, у нас есть шанс, шанс увидеть будущее? Что видишь ты там, в тумане ещё несбывшегося? — Спросила она.

— Шанс есть, только я не уверена, что нам позволят его реализовать. Враг понимает нашу силу и готовит ловушку. Разведка докладывает, что Враг по максимуму ослабил свои силы везде, стянув к Земле большую часть своего флота. Нас ждут не меньше четырёх тысяч тяжёлых платформ и тысяч восемь «разрушителей».

— А сколько идёт от нас? — Спросила азари.

— На сегодня в ударную группу включено одиннадцать тысяч боевых кораблей и пять сотен БДК для перевозки десанта. У нас паритет с врагом по тяжёлым кораблям, мало того все они вооружены «Таниксами-И» и если не облажаемся, сможем вычистить силы врага на орбите.

— Уверена?

— Не совсем, но шансы велики. Задача десанта взять штурмом Лондон и захватить луч-лифт на Цитадель. Взять саму станцию и применить «Горн».

— Я верю, что у нас всё получится, а сейчас, идем в наш домик. — Сказала Лиара, встала и подала мне руку.

— Наша ночь?.. — Тихо говорю я.

— Да, наша. — Отвечает азари, но в её чувствах что-то странное, готовность к чему-то.

Молча, идём по тускло освещённым дорожкам, вижу у домика, в котором квартируют Ванька и Тали, сидящих на лавочке брата и сноху. Они целуются, совершенно забыв обо всем. Да и так, вокруг нас царит атмосфера, буквально пропитанная нежностью, любовью и страстью.