— Но это сейчас невозможно! — воскликнула Ирис. — Ваша травма… при трасформации, когда вы будете испытывать боль, и мышцы будут сокращаться, может поизойти смещение позвонков, и последствия могут оказаться катастрофическими.

— А я тебе не говорю про сейчас, — ответил Вайенс, оборачиваясь к ней боком и глядя искоса своим ненормальным взглядом. — Для трансформации нужно много крови. Так постарайся мне набрать необходимое количество!

— Но как?!

— Придумай что-нибудь! Скажи, что берешь для анализов, — Вайенс гадливо поморщился. Впервые он задумался о природе своей Силы, и понял, что попросту паразитирует на своих донорах. Паразит; как пиявка или какое другое, такое же отвратительное существо.

Но в том-то и интерес! Присосаться к Скайуокеру и высосать его досуха!

— Это даже к лучшему, что Вейдер сломал мне шею, — продолжил Вайенс. — Теперь мне тоже нужно в медицинский отсек, и ты пойдешь со мной. Там посмотрим, что делать. Думаю, Вейдер, убедившись, что его сыну ничто не угрожает, спрячется в свое логово и будет зализывать раны. А ты тем временем проберешься к Люку… черт, я должен учить женщину, как заморочить голову мужчине! Придумай что-нибудь, улыбнись ему оприветливее. Главное — забрать столько крови, чтобы хватило на одну порцию. Интересно, а можно ли ее насытить мидихлореанами?

Ирис пожала плечами:

— Я что-то слышала об исследованиях в этом направлении, — отсторожно произнесла она, невольно поражаясь остроте ума Вайенса. Императру это пришло в голову не сразу; ему уже сделали первую партию клонов, генномодифицированных, улучшенных, и только после всех этих лет работы над его новыми телами он задал вопрос, а можно ли улучшить показатели по мидихлореанам.

Вайенс задался этим вопросом практически сразу же, как стал ситхом.

— Когда прилетим на Риггель, — перебил ее Вайенс, — ты получишь лучшую лабораторию, лучшее оборудование и лучших помощников в свое распоряжение!

— Но зачем нам кровь именно мастера Люка? Можно проделывать опыты и над кровью императора!

— Оооо, нет, — протянул Вайенс, и на его лице расплылась просто дьявольская улыбка. — Ты не понимаешь! Я хочу именно их кровь. Я хочу, чтобы ОНИ дали мне Силу. Подумай, — произнес он, интимно понизив голос, — разве тебе не хотелось бы узнать, чем различается Сила джедая и ситха? Ты ведь ученый; подумай! Вероятно, ты могла бы и сама создавать форсъюзеров? Или наоборот, — голос Ваейнса стал коварным, таким коварным и тихим, что угроза, сквозящая в нем, совершенно не вязалась с его нелепым видом. — Ты могла бы найти способ отнимать Силу и властвовать над тем, кто привык к могуществу! Мидихлореаны смертны; но никто еще не придумал способа убить их отдельно от носителя, так же, как никто не придумал способа заставить их размножиться.

Вайенс, следуя своему звериному чутью, попал в точку.

Дразня одновременно честолюбие женщины и ее интерес к науке, дергая за эти невидимые ниточки, как опытный кукловод, он сумел расшевелить ее.

И она не смогла скрыть от него интереса к этой теме; впрочем, и от власти, которую давало бы такое знание, она не отказалась бы!

*************************

К счастью для Вайенса Вейдер не переломал ему шею.

Ирис, сканируя истерзанного Вайенса, обнаружила лишь разрывы связок и мышц. Как он все еще держится на ногах?!

Впрочем, ответ этому она знала.

Все великие ситхи рождаются в крови и боли…

— Иди, — Вайенс, лихорадочно блестя безумными глазами, оттолкнул руки Ирис. — Обо мне позаботятся дроиды. Иди к Люку. И помни, — в голосе Вайенса послышалась угроза, и его рука в черной перчатке сжала тонкое запястье женщины так, что стало больно, — один твой неверный шаг, и я уничтожу тебя!

— Успокойтесь, — холодно бросила Ирис, вырвав свою руку из его цепких пальцев. — Я все поняла.

Ей и самой не терпелось подойти ближе к Люку. Рассмотреть его. Капнуть его крови на стеклышко микроскопа и посмотреть… посмотреть…

Ирис всегда хотела увидеть, как рождается Сила, из каких неведомых связей, тонких цепочек, химических процессов…

Ах, эти Скайуокеры!

Ирис, шагая по коридору, поискала в кармане пудреницу, и, раскрыв ее, глянула в зеркальце, с сожалением рассматривая вспухшие, разбитые губы. Интересно, понравится она Люку или нет?

Почему-то при одной мысли о том, что скоро, очень скоро, она будет находиться рядом с Вейдером и его сыном, возбудила ее. Даже ее походка изменилась, — Ирис заметила, как невольно замедлила шаг, и теперь шла плавно, чуть покачивая бедрами.

От них, от обоих Скайуокеров, веяло необъяснимой притягательностью. Есть такие люди, которые вертят историей так, как им заблагорассудится, и чьи жизни переворачивают миллионы миров вверх ногами — так вот Скайуокеры из таких.

Ни один из них не станет отсиживаться в тени, все они, все их потомки, будут непременно идти вперед. И даже их далекие потомки, чья кровь уже будет многократно разбавлена влившимися в их семью людьми, все равно будут гореть яркими звездами в истории, и их фамилия, тысячу раз повторенная их врагами, будет обжигать язык точно так же, как сейчас жжет язык императора и Вайенса имя Вейдера.