– Точно! Булат…

Дожевав второй бутерброд, ложкой еще раз зачерпнула вкусного салатика, а потом все это запив кофе, побежала за мобильником, собираясь вызвать на помощь специалиста.

– Слушаю, Ангелика Дамировна, - услышала бодрый голос на том конце связи.

– Чего? Шо за пафос?

– Не «шо», а «что», и я уже на работе.

– Булат, прекрати, лучше бы пожелал мне доброго утра.

– Доброго утра. Чего хотела?

– Во, вот это я тебя узнаю. Булат, мне срочно нужна твоя помощь.

– Что случилось? Что-то серьезное? – неожиданно взволнованно спросил он, и тут же добавил, только не мне: - А ну-ка положи на место. Нет-нет, милый, это тоже не для тебя.

– Мирошка шалит? – улыбнулась, представляя, как малыш трогает отцовские вещи.

– Шалит. Так что случилось? – тут же поинтересовался уже серьезным голосом. Эх, если бы и со мной так, как с Мирошкой – нежно, ласково.

– Физическая сила нужна!

– Только не говори, что тебе гвоздь надо прибить. Не поверю!

– Булат, какой гвоздь? Гвоздь у тебя в… Мне правда помощь нужна, поторопись, я опаздываю в универ.

– У тебя пары в девять начинаются, а сейчас только полвосьмого.

– Правильно! А пока справлюсь, и того полдесятого будет!

– Ох, Лика, если зовешь из-за ерунды…

– Да как ты мог подумать на меня такое?
– возмутилась я, мысленно думая, куда бежать после того, как он узнает зачем я его позвала.

– Сейчас приду.

– Дверь будет открыта! – успела сообщить, прежде чем он бросит трубку.

Отложив телефон, побежала открывать замок, и как только он щелкнул пару раз, сразу же вернулась в спальню, сбросила халат и осталась стоять в одном нижнем белье. Только лифчик расстегнула, придерживая его за прозрачные чашечки, если их можно таковыми назвать. Кружево – моя слабость.

– Что произошло, Лика? Ты где?

– Булат, я в комнате у себя, - крикнула ему, и отбросив волосы за плечи, обернулась лицом к двери.

– Что так-ко-ее? Ангелика, у тебя что одежда закончилась? – еле выдавил из себя, замерев у входа в спальню.

– В смысле? А, это, нет, что ты, конечно же нет! Просто никак не могу справиться с застежкой, а мне этот лифчик как раз под кофту, которую собралась сегодня надеть. Другие не подходят, понимаешь?

– Ты зачем меня позвала? Чтобы я посмотрел на твой лифчик? Или на твое тело?

– Кхм, Булат, вообще-то, я не привыкла к обществу мужчины, но так, как рядом кроме тебя никого нет, я позвала тебя. Нет, если тебе сложно помочь мне, я подожду Грека, и тогда он сам сделает это! – обижено провозгласила я, и резко развернулась, взметая в воздух волосы, которые тут же ударили меня по щеке.

Булат продолжал стоять позади, и я могла слышать его тяжелое дыхание, вызванное то ли моим видом, то ли упоминанием моего охранника. В любом случае – оба варианта мне нравились, ведь это лишь подтверждало, что я Булату не безразлична. И вроде поняла уже это, но наблюдать за тем, как он пыжиться, было безумно приятным занятием.

– Позволь узнать, что сделает Грек?

– Ничего, иди! – буркнула себе под нос, продолжая придерживать лифчик, чтобы он не сполз, окончательно оголив мое тело.

– Что сделает Грек? – уже более настойчиво повторил Булат, и в голосе его я услышала нотки ярости.

– Лифчик застегнет! Тебе же тяжело, наверное, такой же слабенький, как и я!

– Ты чего совсем с дуба упала, девочка? Чужому мужику позволишь смотреть на тебя голую?

– Ну, тогда помоги, - прошептала я, медленно разворачиваясь и игриво опуская взгляд к грудям.

– Убить тебя мало, - прорычал он и ринулся ко мне, руками резко поворачивая за плечи, и убирая волосы вперед. Да у меня скоро голова закружится от таких разворотов!
– Не понял!

– Что такое? – невинно поинтересовалась, и от волнения прикусила нижнюю губу. Только волновалась я вовсе не из-за того, что меня накажут, а от близости красивого мужчины.

– Ты что, обманула меня?

– Нет, конечно! Зачем мне это?

– Действительно, зачем тебе это? Где застежка?

– А! Так она впереди, - и я резко обернулась к нему, и взглядом замерла на ключицах, которые мне тут же захотелось облизнуть. Ням-ням.

– Потрясающе! Не проще другую кофту найти, под другой лифчик?