— Красивый, баба. — Довольно кивнул мутант. — Только мелкий. Ломаться быстро. Много сыновей не сделать.

Кити всхлипнула, и скорчившись еще больше, с трудом оторвав руку от стремительно немеющего места, куда пришелся пинок чудища, опустила руку на рукоять обреза.

— Прятать? — Нахмурился серокожий, и с удивительной для такой комплекции быстротой сократив расстояние, сграбастал девушку за волосы, рванул её на себя.

Звук дуплета оглушил Кити, уши снова резанула болью и будто забило ватой. Мир потускнел, на лицо упали красные капли. Неожиданно хватка мутанта ослабла и Кити снова повалилась в пыль.

— А-А-А, — Баба слепой меня делать! Раздавлю! — Завыл гигант, оторвав ладони от изорванной снопом картечи морды, крутанулся вокруг себя в попытке схватить поспешно отползающую девушку. Судя по всему, именно это движение ослепленного гиганта и спасло Кити. Прилетевшая со стороны степи пуля с глухим чваканьем впилась под лопатку гиганта и ударила в землю россыпью осколков оболочки и кровавых ошметков, забрызгав лицо девушки очередной порцией крови.

— Тупой… Баба… — Прохрипел раненый гигант и, покачнувшись, опустился на колени. — Убь-ю-ю.

Сама наполовину потерявшая зрение от заливающей глаза своей и чужой крови Кити на четвереньках подползла к винтовке, дотянувшись до свисающего с приклада обрывка ремня и потянула оружие на себя. Между рук девушки взвился фонтан пыли. Через секунду послышался звук выстрела.

— Промазал, — зло прошипела Кити и, перехватив винтовку, попыталась встать на ноги. Не получилось. Мир шатался и плыл, руки дрожали. Звуки слышались, как через толстый слой ваты. Покосившись в сторону бушующего, буквально, в двадцати шагах кровавого шторма, центром которого был Зеро, Кити, сплюнула под ноги огромный ком из смеси пыли крови и слюны, и буквально, кожей чувствуя, как утекает драгоценное время, со всей возможной скоростью, на четвереньках рванула к мутанту, по-прежнему стоящему на коленях и пытающемуся запихать в зияющую на груди дыру ошметки сердца. Со стоном поднявшись на ноги, девушка, утвердив ствол винтовки на широченном, будто капот пикапа плече, сморгнула снова залившие глаза кровь и пот, и приникла к прицельной планке. Вот. Вон там… Мгновенный проблеск на два часа. Задержав дыхание, девушка осторожно выбрала слабину спускового крючка. Только бы не промазать, только бы… Раздался выстрел, и в то же мгновение ей показалось, что кто-то огрел ее по голове молотком. Что-то невидимое рвануло волосы с такой силой, что она услышала, как трещат шейные позвонки. Щеку и шею залило чем-то горячим и липким. Взгляд расфокусировался, а мир начал стремительно проваливаться в разверзшуюся под ногами воронку.

— Держись, девоч… А-а-а, сука!… - Повернувшийся было к девушке гигант, яростно заорав, выдернул из загривка глубоко засевшее в плоти копье, хлестанул обидчика когтями по шее, дернул пытающегося зажать чудовищную рану на горле серокожего за лапу и раскрутив, словно куклу, швырнул в толпу набегающих противников.

— Всех убью…

Земля под ногами завибрировала, и будто пошла волнами. Чувствуя, как внизу живота формируется тугой комок иррационального, неудержимого животного страха, а кости пробивают острые уколы боли, Кити, застонав, перехватила винтовку, не вставая, поймав в прицел ближайшего мутанта, спустила курок. Раз, два, три, четыре… Так быстро она ещё никогда не стреляла. Оружие забилось в ее руках, словно пойманная за хвост рыба, но к несказанному удивлению девушки все пули попали в цель. Строй почти смявших гладиатора мутантов распался. Но это было уже неважно. Чувствуя, как сознание медленно проваливается в какую-то черно-багровую дыру, Кити равнодушно наблюдала за медленно окружающими ее и Зеро тварями. Тридцать или пятьдесят. Может шестьдесят или семьдесят… Неважно. Они не справятся. Зеро слишком устал, потерял слишком много крови, и, если бы не его трюки с инфразвуком, наверняка был бы уже мертв. А она слишком слаба, чтобы даже попытаться уползти. Словно подтверждая невеселые мысли, её голень словно сдавили в тисках, мир в очередной раз поплыл, и в поле зрения возникла обезображенная выстрелом в упор безглазая харя, никак не желающего умирать мутанта.

— Поймал. — Оскалился разорванными губами серокожий. — Сейчас… больно…

Раздался звук, будто на землю обрушились первые капли ливня, и в голове серокожего образовалось сразу десяток отверстий. В лицо пахнуло горячим, остро пахнущим перегретым машинным маслом и озоном воздухом, в десятке сантиметров от глаз промелькнуло что-то массивное, отливающее хромом, бешено вращающееся, и придавившую девушку к земле тушу просто снесло…

— А ВОТ И МАМОЧКА, СУКИ! — Звонкий, наполненный ничем не сдерживаемой яростью голос наемницы хлестнул, словно плеть. Снова раздался звук падающих капель, и толпа серокожих отшатнулась назад, оставляя за собой не меньше десятка тел. По глазам Кити ударила яркая вспышка, и один из мутантов хрипло заорав, принялся крутиться на месте, срывая с себя горящую одежду и кожу.

— А НУ, НАЗАД!! — Звонко крикнула Элеум и, подняв на дыбы своё транспортное средство — дикую смесь байка и геликоптера- злобно захохотала. — ИЛИ ВАМ ЖИТЬ НАДОЕЛО??

— Баба! Хвата… — Не успевший закончить фразу серокожий, исторгнув изо рта целый фонтан крови, выпучил глаза и захрипел. Широченная, перевитая мускулами грудная клетка мутанта смялась, словно жестяная банка, из которой выкачали воздух, ноги мутанта подогнулись, и он повалился в пыль.

— Я СКАЗАЛА!!! — Снова сверкнуло, и голова одного из великанов лопнула, заливая соседей своим содержимым. — НАЗАД!!

— Ведьма!! — Выкрикнул один из серокожих и отбросив сделанную из утыканной гвоздями железнодорожной шпалы дубину, попятился, торопясь скрыться за спинами товарищей. — Баба, волос плохой! Красная, волос! Плохой! Колдовство баба! Старый Гры говорить!

— Старый Гры дурак! Колдовство не быва… — Поперхнувшись ввалившейся внутрь черепа челюстью мутант, со стоном выплевывая остатки зубов, повалился на колени.

— КТО ЕЩЕ ХОЧЕТ? — Вскинув свое оружие, крикнула наемница и, зарычав двигателем своего воздушного байка, подняла машину на пару метров в воздух.

— ТЫ! ИЛИ ТЫ!! — Поочередно ткнув стволом странного, раздутого, будто пчелиный улей, оружия в сторону медленно отступающих гигантов Элеум бешено оскалилась, разразилась неприятным, лающим смехом. — НУ!! ДАВАЙТЕ!! А ТО МНЕ СКУЧНО!!!

— Ведьма! — Снова вскрикнул один из мутантов. — Ведьма!! Ведьма!! Плохой глаз!! Колдунство!!

Толпа мутантов поспешно отступила назад.

— ПОШЛИ ПРОЧЬ!! — Надрывая связки, заорала Ллойс.

В свободной руке наемницы, как по волшебству появился тонкий, поблескивающий сталью цилиндр. Подцепив кончиком острого ногтя большого пальца празднично красный колпачок, Элеум умелым движением бедер повернула свой парящий над землей транспорт в сторону наиболее тесного скопления мутантов.