Я наблюдаю за моей гостьей, которая подходит к ванне, стряхивает каблуки и садится на край, погружая ноги в неподвижную воду. Господи, она выглядит так соблазнительно. Я даже почти забыл, что стою и разговариваю по телефону.

— Послушай, это в какой-то степени твой последний шанс. Ты прошел путь от «Дилан Марлоу просто бомба» до «позор Дилану Марлоу». А теперь тебя ждет «большое возвращение Дилана Марлоу», но с тобой вечно происходят плохие истории. Помни об этом. Это фильм все поменяет.

Она оглядывается на меня с игривой улыбкой, облизывает губы, даже не замечая этого, и снова убирает прядь волос за ухо. Я ухмыляюсь и вновь ощущаю невыносимый жар в моих штанах, будто я еле-еле сдерживаю лаву. У меня всё ещё слабый её вкус во рту, но он быстро исчезает, и мне нужна еще одна порция.

— Ты великий актер, — подытоживает Ларри, — у тебя творческая душа, бла-бла-бла, но ты дерьмовый работник, Дилан. Помимо этой возможности, у тебя будет еще и режиссер, у которого есть власть воплотить всё, что вздумается и способность видеть в людях талант, так что это последний шанс. Это твой золотой шанс, Дилан.

— Я услышал тебя, — говорю я, подмигивая и улыбаясь блондинке.

— Отлично. Завтра утром ты должен пойти на встречу со сценаристами и продюсерами. Я знаю, что это слишком скоро, но эти люди всегда получают то, что хотят. Я напишу тебе детали. И пришлю сценарий, договорились?

— Буду ждать.

— Хорошо, — выдохнул Ларри. — Дальше ты один, Дилан. Я твой агент, а не нянька. Просто помни, что я тебе всегда говорю: перестань пить, ходить на вечеринки, это плохо сказывается на твоей карьере, и никогда, никогда не записывай себя….

— Никаких съемок секса. Да, я помню. Спасибо, Ларри. Я ценю это. Буду держать тебя в курсе.

— Желаю удачи.

Я выключаю телефон и полностью переключаю свое внимание на девушку, сидящую на краю моей ванны. Медленно иду к ней, максимально наслаждаясь ее сексуальными линиями и сияющей кожей. Я засунул руки в карманы и прислонился к стене.

— Ты выглядишь вполне довольной.

Она кивает, и я вспоминаю, что я так и не закончил изучать ее нежную кожу на шее.

— Я… Я чувствую себя просто замечательно, — проговорила она.

— Хочешь почувствовать себя еще лучше? — спрашиваю, делая шаг навстречу к ней.

Она надувает губки и прищуривает глазки, соблазняя меня еще сильнее.

— И как ты собираешься это сделать? — спрашивает она.

Я беру её за руку и помогаю ей встать с ванны.

— Пусть это будет сюрпризом, — говорю я, когда она встает передо мной, и возбуждение вновь возвращается в её тело.

Я приседаю перед ней, наслаждаясь коротким резким вздохом, который она испускает, когда я это делаю. Я нежно касаюсь её бедер, скользя к краю платья и ухватившись за него пальцами, поднимаю. Тяну ткань вверх по её телу.

В платье она была великолепна, но без него она просто потрясающая.

Большинство женщин встают в позы, чтобы продемонстрировать свои изгибы. Они наклоняются, выгибаются, выпрямляют спины, чтобы выделить грудь — но этой девушке ничего не надо делать. Её тело настолько идеально, что изгибы появляются и исчезают, словно мазки кистью. Её линии настолько прекрасны, словно их годами создавали самые дорогие архитекторы за миллионы долларов.

Я встаю за ней, прислоняясь к её умопомрачительной заднице. Она кладет руки на свои бедра и, приподняв попку, опускается к моему месту, напоминая мне насколько там все твердо и уже невыносимо тесно.

— Нравится? — спрашивает она игривым тоном.

— Знаешь, — говорю я, наслаждаясь каждым возбуждающим движением её бедер, — для девушки, которая была слишком стеснительна даже для секса по телефону всего пару часов назад, ты довольно быстро учишься.

— Возможно, это алкоголь, — мурлычет она, улыбаясь. — Возможно, я сошла с ума. Или это все из-за тебя.

Мои пальцы скользят от ее талии к застежке бюстгальтера и, расстегнув, я отбрасываю его.

— Как бы то ни было, — шепчу я ей на ухо, пока мои руки скользят к ее груди, прижимая ее тонкое тело еще ближе к себе, — не переставай это делать. Мне нравится. Мне чертовски это нравится.

Её тело становится пластичным, податливым, дыхание все прерывистей. Я отхожу от нее и беру её за руку. Поворачиваю лицом к себе. Её волосы качнулись и опустились, словно снег, покрывая её плечи. Она подняла руку поправить волосы и удивленно огляделась.

— Я же говорил тебе, что увижу тебя с распущенными волосами, — говорю я, показывая на заколку для волос, которую успел с нее снять.

Она накручивает прядь волос на пальчик и кокетливо вертит им. Наклоняет голову и смотрит на меня через волны своих светлых волос.