Сказал он это без пафоса с проблеском гордости за свое прошлое.

— Вот как? И насколько непростым ты был?

— Приближенным, достаточно приближенным помощником.

— Входил в их круг?

— Нет. В этом были свои минусы. Я не считал это нужным.

— Все интригующе и интригующе. И долго это длилось?

— Семь лет.

— И ты продолжаешь работать с ними. — Заметила я.

— Да. Являюсь своим человеком. В курсе происходящих событий, в курсе прошлых дел семьи. Поправлюсь, не всех дел. В данный момент занимаюсь исключительно юридической стороной.

О прошлом он рассказать не готов, ладно спросим о настоящем.

— Самое громкое дело, в котором ты участвовал?

— До суда у нас еще ничего не дошло. Самым сложным было составление брачного договора.

— Несомненно, они любили друг друга. — Поддела я.

— Несомненно. — Он вновь улыбнулся. И затем прибавил. — У них было обоюдное чувство.

— Любовь к состоянию?

— Близко. — Подтвердил МЧ.

— Они счастливы?

— Чисто женский вопрос.

— Если ты еще не заметил, я женского пола.

— Заметил.

— Благодарю! Так что?

— Они счастливы. Каждый по-своему.

— А дети есть?

— Совместных нет.

— Почему? Дети это замечательно, — и уже с сомнение добавила, — если люди любят друг друга.

— А если нет?

— Жаль. Но дети, в любом случае, являются нашим смыслом жизни.

— Аминь. — Завершил МЧ.

— У них были проблемы?

— Что-то было…

— Расскажи.

— Четыре года назад, перед свадьбой невеста ненадолго потеряла жениха, а спустя пару месяцев решила его проверить.

— И?

— Она ошиблась в своих догадках, но осадок остался.

— Так он был ей верен?

— Эта история покрыта мраком, я бы не хотел в нее возвращаться.

Мы шли по коридорам торгового центра, и МЧ незаметно погрузился в воспоминания. Интересно было следить за ним. За человеком, который смотрит, но не видит. В эти минуты он был замкнут, рассеян и далек.

— Макс, я не желаю ходить вокруг да около.

Элизабет — мечта его молодости, ставшая только другом, смотрела на него с упреком.

Если она о чем-то и догадывается… Нет, она ни о чем не догадывается. Он прочистил горло и спросил. — Чего ты хочешь?

— Я хочу знать, кто она!

— Не понимаю. — Он пригласил ее присесть в кресло.

— Как зовут девку, по которой он сохнет! Дрянь, с которой он общался несколько месяцев, к которой сбежал перед свадьбой. Перед нашей с ним свадьбой!

— Элиза, что на тебя нашло? Может чаю?

— Я не желаю пить или есть! Он бредит детьми, и он не смотрит на меня, он… зациклен на какой-то швали!

— Лиз, Лизи. Этого не может быть. Посмотри на себя, на него. Он вернулся из дальней поездки, проблемы, дела, явно нормально не спал три последние недели, перенапряжения, разговоры.

Макс налил воды в стакан и протянул гостье. Лизи сегодня была просто превосходна. Но ее злость портила привычный образ. Как друг он не мог позволить ей злиться на законного супруга по пустякам.

— Ты знаешь эту кухню. Ты в ней варишься. Острова для него сейчас самое главное. Острова и отели, расположенные на берегу.

— Макс. Я обманула его. — Лизи поставила стакан уверенным жестом. И решительно подняла глаза. — Он… Он погорел.

— О чем ты? — мужчина расположился напротив.

— Эти три недели… Он проверялся в Венгрии, помнишь. Помнишь, конечно же. Недавно вновь обратился, головные боли и прочее. Но, но я хотела знать кто ему дорог… и… и… и подменила результаты.

— Ты купила Шварца? Его личного доктора Шварца, тебе это удалось?

— Нет, этот неподкупаем. Ассистентку из лаборатории. И ему по ошибке выдали другие результаты.

— По ошибке…

— Да, и диагноз, и срок сразу же. — Она печально вздохнула и с новым потоком злости сцепила руки на коленях.

— Срок, сколько?

— Неделя, точнее три недели… Да. Эти последние три недели, в которые он, как ты заметил, плохо высыпался.

— Он перепроверил.

— Конечно. — Она поднялась и обошла кресло. Не поднимая глаз, она сказала в пустоту. — Но на этот раз обратился к моему специалисту.

— И ты подтвердила первоначальные показания. — Продолжил мужчина.