Но поджечь город — это ещё не всё. Нам предстояло ещё как-то избавиться от охраны у ворот и открыть проход в Чарвес для остальных Черепов. К этому моменту Псих должен собрать наших в лесу у самых стен и приказать всем влезать в броню. Особо драться с местными я не собирался, но думаю, что доспех пригодится.

Палки закончились, поэтому пришлось ломать ещё одну ограду, попутно прирезав какого-то наглого пса, который разинул пасть на Кошеля. На шум выскочил хозяин с дубиной. Мы не стали вести дурные базары, а просто оглушили мужика. Потом забросили в открытую дверь его дома горящую палку. Кто-то заверещал.

— Бегом! — приказал я рванул вперёд. Расположение местных улиц я и так знал неплохо, но на всякий случай, перед отправлением, попросил Джессипа нарисовать картинку города на земле. — Быстрее, долбаные улитки!

Теперь огонь мы расшвыривали на ходу, поэтому кое какие из факелов бесполезно шлёпались на землю. Но останавливаться никто не собирался. За спинами уже поднялся такой ор, от которого могли встать жмуры на погосте и где-то бешено затарахтел колокол. Так всегда, когда приключается война или, как сейчас — пожар. А огонь поднимался всё выше, почти до неба. Красота, мать бы её так! Ежели местные увидят, кто тут чудит, нам точно хана.

— Всё, хорош, — выдохнул я. Когда мы избавились от всех горящих деревяшек. Кошель и Кусок тяжело дышали и дико смотрели в сторону устроенного нами пожара. Видать догадывались, что с ними сделают, ежели поймают. — К воротам.

Вокруг внезапно оказалась целая прорва народу, несущегося со всех ног. Так что и мы могли теперь бежать без всяких заморочек. Людишки тащили вёдра, вели под уздцы лошадей, а ко и просто орал, выпучивая зенки. В основном сворачивали уши бабы, да спиногрызы. Попадались в толпе и крепкие парни с оружием. Может и ловчие, посланные по нашу душу, кто знает. Но разве в эдаком бардаке они могли сообразить, что за хрень происходит?

Перед городскими воротами, чуть левее от них, стояли две казармы и ещё один дом, там, где жил командиры с сержантами. Сейчас оттуда доносился громкий топот и лязг. Как обычно, когда начинается кипиш вояки первым делом хватаются за железки.

— Сюдой! — я схватил Куска за ворот и утащил в узкий тёмный переулок. Мимо тотчас промчались егеря в полном боевом, с топорами и мечами наизготовку. Но неслись не к воротам, а вглубь Чарвеса. Видать послали, чтобы сообразить, какое дерьмо происходит. — Идём к воротам. Топайте аккурат за мной. Железки на виду не держите.

Мы рванули прямиком ко входу. Я как подумал: от нас, всех, смердело гарью, чего бы не кинуться, типа мы какие погорельцы, одуревшие от пожара?

Пока бежали, я прикинул: на стенах торчало пятеро лучников и ещё четверо бойцов стояли внизу у ворот. Все глазели на пожар, а нас заметили, когда мы уже добежали шагов на двадцать. Тогда те, которые топтались внизу, взялись за рукояти мечей. Но доставать пока не торопились. Высокий худой мужик с вислыми усами на унылой роже сделал шаг вперёд и поднял руку.

— Стоять, — уверенно сказал он. — Кто таковые? Чего надо?

— Там! — дико завопил я и ткнул большим пальцем за спину. Сам, при этом, продолжал шагать вперёд. — Там такое! Нужно срочно помочь! Все сдыхают! Помогите!

Пока солдат пытался сообразить, какую дичь ему только что задвинули, я подобрался вплотную. Кошель громко охал справа, а Кусок жалобно повизгивал слева. Вислоусый внезапно прищурился, всматриваясь в мою рожу и потянул меч из ножен. Ах ты, мать твою! Мы же как-то чистили друг другу физии в местном кабаке и этот тип точно знал, кто я такой.

— Помогите! — изо всех сил гаркнул я и ткнул охранника ножом в глотку. С их дурацкими воротниками приходится целить под самый подбородок. — Вали!

Выдёргивать нож не стал. Просто придержал за него обмякшее тело, прикрываясь от других солдат и запустил вторым ножом в сторожа, который оказался ближе других. Попал точно в глаз. После отпустил жмура и забрал у него меч — мне нужнее. Тем временем Кусок и Кошель успели заколоть остальных охранников и у ворот остались только мы.

Сверху начали вопить лучники и шагах в десяти в землю шлёпнулась стрела. Ага, так-то им бить несподручно, значит полезут вниз. Ах ты чёрт! На стене затарахтел тревожный колокол.

— К воротам, — приказал я своим. — Открывайте и поживее. Ежели зачухаетесь, нас тут в капусту покромсают.

На звон никто особо не торопился. Оно и понятно: даром что ли мы Чарвес поджигали? Теперь сходу и не понять, кто, кого, куда и зачем зовёт. Лучники видать это тоже сообразили, и я услышал, как скрипят ступени лестниц.

Кошель и Кусок громко кряхтели и ругались, вытаскивая брус из крепления. А ведь им ещё предстояло крутить ворот, отпирающий створки. Сверху опять зазвенело, в этот раз =- настойчивее и сверху скатился первый охранник. Не раздумывая солдат вытащил меч и бросился на меня. Дурень, ему бы следовало подождать остальных. Пятерых я бы точно не сдюжил. Ну а с одним, да ещё и ниже меня ростом — запросто. Я перекосил рожу. Чтобы пострашнее, завопил что есть духу, и когда бегущий солдат сбавил ход, прыгнул на него.