– Вы действительно никогда не слышали этой истории? – вопросом на вопрос ответила Дора. – У нас её рассказывают всем детям. Проклятая Лестница, ведущая во дворец Императора, это одна из главных достопримечательностей Даанатана.

– Возможно так оно и есть, – согласился Хаджар. – Во всяком случае – для тех, кто вырос в столице и её окрестностях, а не на другом конце света.

– Прости, – вновь стушевалась Дора. – Я все время забываю, что вы оба прибыли издалека…

Эйнен приобнял принцессу за плечи и чуть прижал её к себе.

Хаджар мог поклясться, что нейросеть зафиксировала не один десяток возникших вокруг диалогов, на подобии:

– Я прикончу этого оборванца!

– Успокойся, – далее следовало чье-нибудь имя. – Это Эйнен Островитянин и Хаджар Дархан – Черный Мечник. Даже если бы у тебя было оружие, они все равно одни из гениев молодого поколения.

– Проклятье! И откуда у простолюдинов такая сила?!

– Если бы я знал… если бы только я знал…

Несмотря на то, что все вокруг были безоружны и лишены артефактов, они все равно оставались могучими адептами. Среди гостей Хаджар не обнаружил ни единого Небесного Адепта.

А количество Рыцарей Духа, которые поднимались по лестнице, и вовсе выглядело незначительным. Здесь, в основном, присутствовали Повелители, достигшие самых разных стадий столь высокой ступени развития.

– Легенда гласит, – продолжила Дора. – Что человек смог расколоть свою душу, потому что она стала твердой, но ломкой, как обожженная глина. И те осколки, которые он запечатал в металле, сделали его камнем.

Хаджар, мысленно, вернулся в тот день, когда они выяснили тайну гробницы Декатера. Он вспомнил, как оказался на скале из черепов и костей, омываемой Морем Крови.

Месте, где эпохами ждал своего Наследника осколок черной души первого из Дарханов. И, насколько помнил Хаджар (а Рыцари Духа помнили, в прямом смысле – всю свою жизнь) там, у врат с огненной Руной, были воткнуты три титанических каменных меча.

– Значит и мечи тоже – каменные?

– Никто не знает, Хаджар, – пожала атласными плечиками Дора. На них, дополняя снежный наряд, красовались ледяные узоры. – Когда основатель Вечной Горы, величайший кузнец за всю историю Дарнаса, сделал эту лестницу, то Император попросил его попытаться выковать из Проклятого Металла и меч. У основателя ушло десять лет, но…

– Не десять, а сто десять, – перебил Дору знакомый, густой бас.

На несколько ступеней выше, почти у самого входа во дворец, стояли трое адептов. Том Динос, надевший серебряный, стилизованный под военный, камзол с отливами и вензелями. Последние сливались в символ, в котором легко угадывался герб дома Хищных Клинков.

Анис, вновь вся в черном… хотя – совсем не вся. Её плечи прикрывали золотые перья, спина и живот были полностью оголены – узкая полоска ткани закрывала упругую грудь. Ниже пояса стелилась юбка.

Хаджар понятия не имел, из какого материала она была сделана, но подозревал, что из, как и все вокруг – безумно дорого.

На фоне белой лестницы и колон, держащих навес над входом во дворец, она выделялась так же ярко, как звезда на ночном небе.

– Сто десять лет, – повторил Гэлхад. В своем зеленом, под цвет глаз спутницы, камзоле, он выглядел несколько непривычно. Как если попытаться медведя в платье одеть. – Именно столько мой достопочтенный предок потратил на тот меч. Но он…

– Раскололся как только до него до-коснулись, – закончила за великана Дора. – Рада видеть вас, друзья.

После обмена абсолютно формальными любезностями, отряд, в полном сборе, миновал единственных адептов, кто имел право носить доспехи и оружие. Корпус личной стражи Императора. Тысяча двадцать шесть воинов, которые славились своими непревзойденными умениями.

Служить в этом корпусе – величайшая честь для военного. Брали в него лишь Повелителей прошедших среднюю стадию. А главами, как гласила молва, являлась шестерка Безымянных начальной стадии.

Шесть Безымянных…

Хаджар даже представлять не хотел, какой совокупной мощью они могли бы обладать.

С такими мыслями он, замыкая отряд, вошел под сени Императорского дворца Дарнаса. В этот момент он понял, что путь сюда от Лидуса у него занял почти десять лет…

Пройдя по саду, лестнице и посмотрев на “мега-крыльцо”, Хаджара уже, казалось, невозможно было чем-то удивить или заставить “понервничать”.

Но, как оказалось, строя подобные предположения, Хаджар был наивен. Внутри дворец, казалось, собрал в себе все элементы роскоши, которые существовали в этом мире.