Он огладил серебристую шкурку лосося – большой рыбины, разложенной на столе, и медленно вытащил нож из чехла. Деба тяжело вздохнула в руке, но от нее критика не обидна – ей можно. Да, рука дрожит, мысли мечутся, и в таком состоянии лучше вообще не хвататься за нож. Но тогда Элль останется голодной.

Не правда – он хотел все исправить. Но хватит ли терпения? А чтобы не наделать глупостей, нужно было занять руки.

– Уверен? – усмехнулся Фейс, ставя локти на стол. – Я наблюдал за ней – вся комната вдребезги.

«Стоим друг друга», – подумалось вдруг, и губы изогнулись в улыбке.

– Помолчи… – выдохнул он и прикоснулся лезвием к спинке рыбы. Черт, в этом было что-то особенное! Страшно вспомнить, сколько лосося перепортил, пока учился его разделывать. До сих пор воротит от одного запаха.

Фейс завороженно замер и в очередной раз не смог сдержать изумленного вдоха, когда на доске остались лишь ровные перламутровые кусочки филе.

– Мда, на тебя билеты продавать можно, – покачал друг головой. Дальше на разделочный стол лег авокадо. – Что будет? – ерзал нетерпеливо Фейс.

– Язык болтуна, фаршированный чесноком, – в руках блеснул ножик тоньше и изящней.

– И как я тебя терплю? – проворчал темнокожий, но покладисто замолчал.

Мякоть авокадо упала на дно стеклянной миски, туда же – морская соль, немного молотого перца…

– Васаби?

– Не можешь долго молчать, да? – оскалился, выкладывая горчицу в центр миски и поливая соком лайма.

– Дашь попробовать?

– Угу… – рассеянно кивнул и повернулся к плите.

– Как в ее спальне убраться-то? Может, на кофе ее пригласить?

Марша как раз вернулась с чистым ведром для осколков и вопросительно уставилась на хозяев.

– Займись этим, – кивнул он в сторону комнаты, – пусть на кровать залезет, пока Марша все уберет. И, Фейс, – окликнул он темнокожего, – она у меня дикая, поосторожней.

Тот закатил глаза:

– Пойдемте, Марша.

Нужно было озаботиться таймером – рыбе требовалась всего минута, да и Элль ее любила чуть ли не сырой – но все мысли были о ней. Он прислушивался к звукам в коридоре, машинально выкладывая лосось на сковороду в раскаленное масло. Провернулся тихо ключ, еле слышно скрипнула дверь…

– А, черт! – ругнулся в сердцах, едва не перевернув сковородку. Пережарил! Где там этот чертов таймер? Еще и палец обжог. – Дебил.

– Киран, она курить просит, – нарисовался вдруг рядом Фейс.

– Обойдется, – прорычал сквозь зубы.

– Старик, это черезчур, – осторожно заметил темнокожий, как бы невзначай отходя на шаг от стола, – резко бросать вредно. Она к утру не только побьет оставшееся – дырку проколупает в двери, когда поймет, что панорама бронированная…

– Твою мать, – стиснул кулаки и уперся ими в столешницу.

– Дай время. Окей?

Он уже почти кивнул, когда что-то грохнуло в коридоре и мимо пронеслась рыжая.

– Марша! – Придержал он Фейса, который уже едва не рванул за беглянкой, кивая в сторону комнаты. – Я сам.

Бежать тут некуда, поэтому он не спеша направился к распахнутой настежь двери и вышел на улицу. Срывающееся дыхание долетало откуда-то сбоку – видимо, Элль уже опробовала замок на воротах на прочность и теперь металась по саду.

– Надеюсь, ты не убила Маршу? – повысил он голос, направляясь на звук. Коротко стриженый газон уже успел просохнуть после утреннего полива и теперь приятно пружинил под босыми ногами. Участки тут стоили баснословно дорого и были не очень большими. Девушка металась вдоль ограды в поисках возможности перелезть. Услышав его приближение, Элль развернулась к нему и вжалась в кирпичную стенку. – Ну и куда ты собралась? – он старался быть бесстрастным, но получалось плохо. Растрепанная, запыхавшаяся и испуганная, она вызывала одно безудержное желание – схватить и утащить в свою комнату. – Куда, Элль?

Она тяжело сглотнула, прислонившись затылком к ограде, и молчала.

– Я же сказал, ты – моя. Ты не нужна больше агентам, защищать тебя не будут…

– Почему? – вскинула она голову. – Зачем я нужна тебе?

Он шагнул к ней, перехватил ее за руки и взвалил себе на плечо.

– Интересно, и дорого я тебе обошлась? – с сарказмом выдавила она, подозрительно легко сдавшись.

– Что?

– За дорого купил, я спрашиваю?!

– Чили, включай тормоза и голову, – огрызнулся он, выходя на лужайку.

– Тогда почему не скажешь, что агенты врали, а ты – просто ангел?! Объясни! – она изогнулась и пнула его коленом под лопатку.

Он зарычал и влетел с ней в дом, чувствуя, что передавливает ей руки, но Элль терпела.

– Потому что я – не ангел! – бросил ее на кровать в комнате.

– А с чего ты взял, что меня это устроит?! – перевернулась она на живот и вскочила на ноги. Стоя на кровати, она, наконец, смогла смотреть ему в глаза, не задирая голову, только он отвел взгляд и направился в коридор. – Или тебе плевать? Киран!