Магик, всё это время понуро стоявший под струями дождя, подал признаки жизни. Мужчина вздрогнул и начал трясти головой, как промокший пёс. Брюзги полетели в разные стороны и хозяин тут же отреагировал на выходку: с силой дёрнул конец цепи, едва не сбив магика с ног.

– Ты думаешь говорить? – рявкнул всадник. – Пойми, твои товарищи не стоят того, чтобы терять из-за них голову!

– Мени нема чого казать, - угрюмо отозвался парень, продолжая барахтаться в луже. – Я уже всё сказав.

– Das volk ist verdorben, - проворчал всадник и тяжело вздохнул. – Mussso wie so Krepieren. Huns, marsch hier!

– Jawohl! – донеслось из домика.

Послышались тяжёлые шаги и на пороге святилища показался огромный гунн. Нет, все остальные тоже были высокими и мускулистыми, но этому пришлось низко наклониться и протискиваться боком, чтобы выйти наружу.

В своё время я видел снежных обезьян, пойманных на Драконьем хвосту. Ну, те самые, что способны разорвать медведя на куски. Так вот, если бы какую-то из них обрили, зверюга выглядела как этот Ганс. Гунн был обнажён до пояса, так что я мог оценить и его чудовищную мускулатуру. Чёрт возьми, откуда у гуннов все эти засранцы?

Ганс протянул руку в домик и вытащил наружу обнажённый меч. Кажется, брат-близнец той чудовищной штуки, которой горбатый монстр орудовал в Жабах. Положив оружие на плечо, великан подошёл к парню и ухмыльнулся.

– Aufstehen! – рявкнул гигант и пнул парня ногой. – Вставай, schwein!

– Rache! – внезапно, как по команде, выдохнули все гунны. – Rache, rache!

Испуганный парень поворачивал голову в разные стороны. Очевидно, он не мог понять, что происходит. Я лично думаю, что пришёл его смертный час. Честно, мне было даже жаль балбеса, так некстати подвернувшегося этим гадам.

Ганс наклонился, схватил жертву за шкирку и внезапно подбросил в воздух. Несчастный заверещал, а я увидел, как меч сорвался с плеча гунна и сверкнул в каплях дождя. Крик тут же оборвался. Вопли гуннов тоже.

– Das ist Wirklish schreckrich, - пробормотал всадник.

На земле лежали две половинки того, что ещё несколько мгновений назад было живым человеком. Ганс пнул обе и громко загоготал. Потом внимательно осмотрел меч, кивнул и подошёл к всаднику. Тот похлопал его по плечу и тихо сказал что-то, явно одобрительное.

– Untermensch, - добавил гунн и поморщился, словно его мучила зубная боль.

Нет, я тоже убивал людей и достаточно много, но, чтобы вот так, с улыбкой и смешками…И ещё, я абсолютно не представлял, как поступлю, если придётся столкнуться в бою с этим Гансом или той горбатой тварью. Это же – верная смерть!

Ощущая лёгкий холодок в области сердца и тяжесть в желудке, я начал медленно сползать с дерева. Теперь я утроил осторожность, потому имел основание опасаться не только стрелы, но и чего похуже. Святая троица, куда я влип? Магики на цепи, горбатые твари, рубящие толпы людей, гунны-великаны, да и вообще, отряды этих выродков хрен знает где от Гуннланда. Какого хрена происходит? Где этот проклятущий Кору Нарим, когда я так хочу выпустить ему кишки наружу? Совершенно даром!

Когда ноги коснулись земли, я на цыпочках, точно сорванец, укравший краюху и булочника, устремился прочь. Оставалось лишь молить троицу, чтобы никто из этих гадов не удосужился обернуться.

Возможно, святые, ради разнообразия, решили смилостивиться, а может быть, просто шум дождя оказался достаточно силён, но за спиной никто не орал дурным голосом и не пытался схватить за плечо цепкими пальцами. Петляя между мокрыми стволами, будто обезумевший заяц, я искал глазами тёмное пятно Уркагана. Ну точно, ещё парочка этих чёртовых деревьев и я на месте. Сейчас я врежу коняке по бокам, и мы дадим такого дёру, что…

Да твою же мать!

– Halt, Schwein!

– Да, когда же ты сдохнешь?
– искренне огорчился я. – Ну, вот сколько можно над человеком издеваться, а?

Знакомая плоская физиономия с рыбьими глазами навыкате и грязными прядями нестриженых волос. В этот раз шерсть двуногого животного прилипла к бледной коже и от этого морда гунна казалась особенно противной. В общем-то, последнее время мне попадались гуннландцы на одно лицо, но этого отличали залатанные отверстия в кольчуге.

Проклятый засранец и в огне не горит, и в воде, похоже, тонуть не думает. И в руке гад держал свой длинный меч, которым явно собирался посвятить меня в покойники.

– Muss d Hosen voll han?

– Повторяешься, рыбья морда, - пробормотал я. – Похоже, в твоей башке ничего нет, кроме дерьма.

Внезапно мои ноги разъехались на мокрой траве и совершив нелепый прыжок, я растянулся перед врагом, лёжа на спине.

– Sehr gut! – гунн оскалился и шагнул вперёд, замахиваясь оружием.

Ну, как эти уроды орудуют своими железяками, сегодня уже довелось видеть, так что думаю, меня намеревались рассечь на две половинки. Хотели бы, но…В общем-то, я упал специально, чтобы отвлечь внимание противника.