Лиам закашлялся и хотел пулей вылететь на улицу. В глубине помещения, под потолком, стены завибрировали и покрылись сеткой трещин. Лиам зажмурился и подумал, что сейчас бахнется в обморок. На плечи свалился непомерный груз и потянул к земле. Пол под его ногами превратился в зыбучий песок. Йовану тоже стало нехорошо. Тот вцепился в винтовку и побледнел, его била дрожь, Кристиан опустился на одно колено и пытался поднять оружие.

По всем стенам, мелкой паутинкой расползалось что-то тёмное и вязкое. Так же резко видение пропало и ощущение тяжести ушло. Татуировка под слоем одежды и брони жгла, словно к ней прислонили раскалённый металл.

— Что это было? — прохрипел Йован, он всё-таки упал, но пытался прийти в себя и подняться.

***

Вскоре здание и его территория были перекрыты заграждениями и освещены. Люди в форме ФБР сновали туда-сюда, выносили и складировали бесконечный ряд чёрных полиэтиленовых мешков. Йован был мрачнее раза в четыре больше обычного. Его руки дрожали, он достал из внутреннего кармана очень старую и почти пустую, смятую пачку сигарет и закурил.

— Не сами они это сделали, ой не сами, — твердил он.

Расслабленная улыбка исчезла с лица Кристиана, он выглядел задумчиво и взволнованно. Йован обходил место происшествия, внимательно осматривая его с разных ракурсов, но надолго его не хватило. Минут десять он пытался оттереть от себя следы крови влажными салфетками, но это было бесполезным занятием.

Предоставив дело экспертам, они бросили винтовки в салон, сели в машину и поехали прочь.

Зубы серба скрипели друг об друга, а Лиаму захотелось вернуться в уютный бар, и чтобы в этом баре обязательно была горячая ванна или сауна.

Кристиан махнул рукой, и Йован остановил машину. Метрах в тридцати от них в глубине мелких построек припарковалось старое спортивное купе. Других машин в округе не было. Кристиан открыл дверь и вышел, всматриваясь в темноту.

Фары зажглись, и купе с визгом шин устремилось прочь. Кристиан тут же оказался на своём месте. Двигатель взревел и, разбрасывая грунт, они бросились следом. Кристиан достал с заднего сиденья свою винтовку и всё порывался вылезти в окно, чтобы открыть огонь, но машину кидало так, что он бы просто вылетел.

Лиам схватился за ручку и втянул голову в плечи. Он был готов к тому, что над крышей их автомобиля вот-вот заработает станковый пулёмет Раджа. Дрожь от его отдачи будет неприятно бить в уши и тело. Его ноздри сжались, зная, что от агрессивной погони в салон попадет много пыли и станет тяжело дышать. И что некоторые пули могут прошить их хаммер насквозь. Нет, он не в пустыне. Он здесь и сейчас.

Водитель купе не был хорош. На очередном повороте машина не вписалась, и на всей скорости её швырнуло на высокий бордюр. Несколько раз она перекувыркнулась, отрыгнула поломанное колесо вместе с частью подвески и, скрипя старым металлом, остановилась. Фары заморгали и погасли, из-под капота пошёл пар.

Из салона перевернутой машины засверкали вспышки. Лиам не думал — рефлекторно нырнул под сиденье. Словно капли крупного дождя, автоматные пули застучали по стеклу и кузову их машины. Лиам выдохнул. Тяжелый старый седан был ещё и неплохо бронирован.

— Отлично. Психи с пушками, — чуть пригибаясь, хмуро сказал Йован. — Делать нечего. Выходим и валим их. Надеюсь, не шальные латиносы.

Лиам нащупал свою винтовку, ещё раз выдохнул, резким движением открыл дверь, выкатился из машины и, встав за багажник, открыл ответный огонь короткими очередями. Стрелков было двое, прикрывая друг друга, они отходили в здание школы неподалеку. Старший брат в полный рост шёл к стрелкам и посылал в них одиночные выстрелы, пока они не скрылись.

Йован жестом показал следовать за ними и прикрывать друг друга. За поворотом здания оказалась крыльцо и простреленная дверь. Лиам бесшумно и быстро сменил магазин.

Их обдало короткой очередью из-зи угла, Лиам вжался в стену и стал осторожно продвигаться вперед. Не дойдя до конца стены пару метров, он услышал очень тихий, но знакомый металлический звук. На секунду из-за угла показалась чья-то рука.

— Граната! — что было силы прокричал Лиам, разбежался, прыгнул за стойку, вжался в пол, убрал голову в плечи и раскрыл рот.

Пространство в нескольких метрах от него резко сжалось и вспыхнуло. По голове ударила штукатурка, в ушах появился писк. Лиам с трудом поднялся и открыл огонь вслепую, боковым зрением надеясь найти живых товарищей.

Братья не успели подойти так близко и нырнули в коридор. Они были недовольны и ругались на незнакомом языке. Стрелявших удалось зажать в тупике. Они спрятались за горой наспех перевернутых металлических шкафов. Пальба продолжалась ещё несколько минут, у Лиама вышли патроны, он переключился на пистолет и методично всадил вглубь коридора две обоймы.