А вот к лучшему или нет, вопрос открытый и вполне себе актуальный.

Решив переждать с разговорами до окончания моего маленького марафона, сосредоточился на дороге, так как, как оказалось, всё это время я бежал вслепую, и теперь совершенно не представляю себе, где оказался и как отсюда выбираться.

Вроде обычный коридор, каких видел уже три, но народу нет в принципе.

Пропахав две глубоких борозды в полу, я остановился посреди прохода, внимательно изучая окружающую обстановку.

— Ох и не нравится мне это… кроме тех громил с тобой был ещё кто-нибудь?

— Угу. Три профессиональных магистрессы.

— ДА ТЫ СТЕБЁШЬСЯ! О таких вещах надо предупреждать заранее!

— Бууу. А ты и не спрашивал! И вообще, с чего ты сорвался с места?

Хотя нет, беру свои слова обратно — как была наивной дурочкой внутри, так и осталась. Похорошела — да, но не изменилась.

— Ладно, хер с ним. Будем действовать грубо и эгоистично. То есть, как всегда!

Вытянув из души очень тоненькую голубую ниточку энергии, я подвёл ту ко второму сердцу, — что, кстати, получилось у меня даже без помощи Мари — и быстро разогнал силушку по телу.

По окружающему пространству прошлась странная рябь.

Так-с, если мои отбитые мозги ещё на что-то годятся, то делаю предположение, что я либо в ловушке, либо в иллюзии. Либо в иллюзорной ловушке, которая должна задержать меня до подхода братков.

Скорее всего всё и сразу.

Добавив ещё пару мер голубого допинга, я с места стартанул прямо в стену, за которой очень и очень смутно ощущалась печать Николь.

Обе стены — как магическая, так и каменная — были прошиты моим телом как лист бумаги, и я вывалился в реальность, едва успев уклониться от летящего мне в жбан шасси набирающего высоту самолёта. Манолёта. Ну или как там по-научному эта хреновина называется.

— А теперь давай вкратце, чего мне ещё стоит ожидать?

— Не знаю. Отец что-то говорил, что хочет поговорить с тобой, но когда именно — не знаю. А кроме тех, о ком ты уже знаешь, со мной больше никого не было.

Я второй раз за день чуть не отхаркался кровью.

«НУ КАК МОЖНО БЫТЬ СТОЛЬ НАИВНОЙ? ЕЖУ ЖЕ ПОНЯТНО, ЧТО НЕ ЧАЙ ПИТЬ МЫ С НИМ БУДЕМ! А ОНА ДАЖЕ НЕ ПРЕДУПРЕДИЛА!»

— Будь добр, отпусти госпожу Анжелу… по хорошему.

— Эта какая сука там решила мне требования диктовать?

Вокруг нас стали появляться фигуры… сначала это были три женщины, близкие к преклонному возрасту, но ещё не до конца утратившие свою красоту и очарование. Ну а потом вылезли клонированные нигеры, куда ж без них.

— Не нужно делать глупостей. Господин Бертрам хочет поговорить с вами, так что прошу проследовать добровольно… иначе мы будем вынуждены применить силу. Про академию можете не волноваться — мы уже устроили вам продление каникул на три дня, так что не опоздаете.

— Михель, ты что говоришь?

— Простите меня госпожа, но Ваш Отец изначально приставил нас именно для этой цели — тётка, разменявшая, наверно, полтинник (а может и второй), одетая в какие-то мешковатые тряпки самых разных цветов, сделала в нашу сторону три уверенных шага.

Остальные повторили за ней, тем самым сжав круг плотнее.

— Ангел… — говорил я размеренно, с придыханием, так как старался не сорваться и не покрошить всех присутствующих в мясной фарш — … не знаю, когда это я стал твоим ЖЕНИХОМ, но то, что кто-то решает за меня… ненавижу это.

Вся эта сторожевая кодла резко замерла, негры даже как-то подобрались и встали в некое подобие боевой стойки.

— С тобой я поговорю позже, а сейчас — извини, я должен набить этим гандонам рожи, иначе скоро сорвусь, и уже не ограничусь простым избиением…

(Прим. Ав: «АХТУНГ! Запредельное количество псевдо-науки и псевдо-метафизики. Почему «псевдо»? Да потому что это МОЙ мир, так что захлопнули яйцеголовых и наслаждаемся!»)

===================================================================

— Да быть не может!

— Ой, ну не наааадо. Смените гострайтера уже, у вас диалоги повторяются. Надо было мозгами думать, или, хотя бы, думать в принципе. И да, если полезете ко мне ещё раз, простыми переломами не ограничитесь, как никак, а у меня контракт на поставку душ в загробный мир. Всё, кыш-кыш.

Ну что ж… наш не очень продолжительный «бой», если у кого язык повернётся так назвать избиение младенцев — а именно так я думаю про этих чудиков — прошёл практически без сопутствующего разрушения: два ангара, три стареньких (относительно) транспорта по перевозке пассажиров между континентами, да сотня окон в главном здании.