— Откуда ты все знаешь про смарт, про сигнализацию, про нападение? — Ривье с опаской посмотрел на Татьяну. — Вы за мной следили?

— Скажем, не следили, а наблюдали. Во время нашей попойки с Майком мне удалось незаметно изъять твой смарт и, пока ты наслаждался устрицами под водку, создать его виртуальную копию. С этого момента мы могли отслеживать все действия, которые происходят с ним и вокруг него.

— Как такое возможно? У меня же там последний антивирус.

— Ник, ты умный, талантливый человек, доктор квантовой физики, а рассуждаешь, как ребенок, — снисходительно улыбнулась она. — Чем сложнее и современнее телефон, тем больше он предоставляет возможностей для несанкционированных операций с ним. Надо только иметь достаточно времени и ресурсов. А они у нас есть, можешь мне поверить. Так вот, когда американцы взяли смарт под контроль, мы сразу поняли, что они хотят тебя нейтрализовать после твоего разговора с Ван Перреном. План их действий тоже стал ясен, как только они начали обыгрывать ситуацию с охранной системой. Оставалось только наблюдать за ними и выяснить, что они собираются с тобой делать дальше.

— Но они ведь могли меня убить! — дрогнувшим голосом прошептал Ник.

— Могли, — кивнув, согласилась Татьяна. — Мы точно не знали, что они планируют с тобой сделать. Радиоперехват ничего не давал. Американцы работали по согласованному плану в режиме полного молчания. Но когда объявилась скорая помощь, мы поняли, что ликвидировать тебя не будут. Во всяком случае, пока. Скорее всего, они хотели тебя завербовать, чтобы ты не мешал эксперименту, а потом свалить всю вину за катастрофу в Европе на тебя. Ну а дальше все просто. Мы знали, где их база, знали, по какой дороге они поедут, и организовали там простенькую засаду. Американцы купились, как лохи, а дальше ты все наблюдал сам. Как тебе такой шпионский боевичок, а?

— Черт вас всех возьми! Ну почему я? Я простой ученый. Я ни хрена не понимаю в политике и стараюсь держаться от нее подальше. Вначале на меня напали террористы, потом я попал под обстрел в Центре, теперь похищение и шпионские разборки. Когда это все закончится, — он нагнулся вперед и обхватил голову руками. — Зачем все это?

— Зачем? Тебе ведь Тьери все объяснил. Про черную дыру, про сейсмическую активность и прочие последствия ее прошлого появления. Про Краузе.

— Ты знаешь, что у меня была встреча с французской разведкой? — не отрывая рук от лица промычал Ник.

— Знаю. Мы в некотором смысле в этом деле партнеры.

— Все. Хватит, — Ник со стоном отчаяния откинулся на спинку кресла. — КГБ, ЦРУ, французская контрразведка… Я так больше не могу.

— А больше и не надо. Мы уже на месте, — выглянув в окно, сказала Татьяна и открыла дверь машины, которая, въехав на подсвеченную мягким светом фонарей территорию, остановилась у входа в небольшую ухоженную виллу.

Не дожидаясь, пока с крыльца спустится охранник, Ник открыл дверь машины, выбрался наружу и сделал глубокий вдох. Запах опавшей, чуть подопревшей под зимними женевскими дождями листвы ворвался в легкие, вытесняя из головы последние ошметки дурмана, оставшиеся после парализатора. Не обращая внимания на подошедшего вплотную охранника, он огляделся. Вилла была старой постройки, маленькая, врезанная в пологий склон холма, спускающегося к южному берегу Женевского озера. Плотная посадка из высоких туй, кипарисов и какого-то вечнозеленого колючего кустарника окружала ее по периметру с трех сторон, полностью скрывая происходящее на территории от посторонних взглядов. Только со стороны старинных, ручной ковки парадных ворот туйки и кустарник были аккуратно подрезаны, открывая великолепный вид на ночное Женевское озеро, в котором плескались разноцветные блики огней от дорогих отелей, стоящих на противоположном берегу. На фоне практически полной тишины эта картина зачаровывала своим спокойствием и мирной, будничной красотой. Даже не верилось, что где-то там, дальше, за чертой города располагался источник смертельной угрозы, созданный лучшими умами мира, — Большой адронный коллайдер, вокруг которого сцепились в жестокой схватке самые мощные разведки мира.

Он набрал полные легкие воздуха, задержал дыхание и, стараясь сохранить в памяти это мгновение, закрыл глаза.

— Красивый вид, не так ли, — услышал Ник позади себя знакомый голос и резко обернулся. По небольшой лестнице к нему не торопясь спускался Тьери. — Я сожалею, что вы опять попали в передрягу, но американцы в последнее время стали абсолютно непредсказуемы. Они используют довольно жесткие методы и вынуждают нас поступать так же. Спасибо нашим русским друзьям — помогли, подстраховали, а так бы беды не избежать.

— О! Встреча старых друзей, — из машины выбралась Татьяна и пересела на сидение рядом с водителем. — Ну, вы тут поболтайте, а мне еще надо подчистить концы.

Машина аккуратно развернулась на небольшой площадке у парадной лестницы и, глухо рыкнув не в меру мощным для такой малютки движком, скользнула в темноту в услужливо открывшиеся ворота.

— Пойдемте, — разведчик тронул молодого ученого за плечо. — У нас впереди еще длинная ночь.

— Вы работаете с русскими? — удивленно спросил Ник, когда они вошли внутрь.

— Мы готовы работать со всеми, для того чтобы обеспечить безопасность Франции. Русские вышли на доклад американскому Президенту. Это они провели базовый анализ расчетов и подтвердили выводы, сделанные американцами. Это они передали всю информацию по коллайдеру нам.

— Но почему вам? — спросил Ник, подымаясь по ступенькам на второй этаж.

— Потому что Франция — единственная страна в Европе, сохранившая независимость своей разведки. Разведслужбы Англии и Германии давно потеряли самостоятельность и стали придатком ЦРУ или еще какой-нибудь американской спецслужбы. А мы — нет. Мы не стали обслуживать чужие интересы. Поэтому русские и обратились к нам. Ну, еще потому, что у нас были давние хорошие контакты, к налаживанию которых приложил руку и ваш отец.

Они вошли в просторный каминный зал, выполненный в английском стиле начала прошлого века, обитый панелями из полированного красного дерева и обставленный дорогой мебелью под старину. Навстречу из глубокого кожаного кресла поднялся высокий худощавый мужчина и протянул Нику руку.

— Знакомьтесь, профессор Драгин, — представил незнакомца Тьери. — Он ведет операцию с российской стороны.

— Доктор Ривье, — Ник немного стушевался от того, что его знакомят с важным разведчиком из страны, которую он все время считал противником Франции.