Используя тыльную сторону своей руки, я вытираю кровь с разбитой губы, когда смотрю на нее. Она связана, с кляпом во рту, но все еще извивается, пытаясь избавиться от оков.

Рич смотрит на меня. - Как долго я должен ее удерживать?

– До завтра. Надеюсь, - я приседаю перед ней, и она закрывает глаза. – София, прости, но мне нужно, чтобы твой папаша выполнил одну мою просьбу, а это единственный способ заставить его это сделать, - я достаю телефон. – Все, что тебе нужно, это покричать, хорошо? – я поднимаюсь и отхожу от нее на несколько шагов, когда набираю номер Стена. Я включаю громкую связь.

– Алло?

– Стен, мне нужно небольшая услуга от тебя, партнер.

– Кто это?

– О, нет, тебе не нужно волноваться о том, кто это, черт возьми. О чем тебе стоит переживать, так это о том, кто у меня здесь, - я наклоняюсь к Софии, ее глаза блестят от слез. – София, не хочешь поздороваться с отцом? – она мычит сквозь кляп. Я поддеваю пальцем ткань и вытаскиваю его. Порваный материал спадает на шею, а затем ее крики пронзают мой слух.

– Папуля, попочка, пожалуйста, помоги мне. Пожалуйста ... – рыдает она. От этого в моей груди что-то сжимается. Это так неправильно.

В телефоне слышно его дыхание. – Если ты причинишь ей боль каким-либо образом…

– Все зависит от тебя. Все, что я хочу, это Джо Кэмпбелл, ты делаешь, как я говорю, и она будет в порядке. Если ты не ...- я сглатываю, потому что действительно не думал о том, что я сделаю, если он откажется выполнить просьбу. Я не хочу думать об этом дерьме.

– Я не тот мужчина, с которым ты захочешь играть. Это так, к слову.

– Пожалуйста, только не причиняй ей вреда, - у отчаяния есть голос, и я знаю, как он себя чувствует, что делает все только сложнее, чем мне того хочется.

– Ты не станешь звонить полицейским, федералам; ты абсолютно никому об этом не расскажешь. Если сделаешь это, она погибнет. – Рыдания Софии становятся громче, но я пытаюсь не обращать на них внимания. – Я позвоню тебе завтра, и ты встретишься со мной. Я пойду с тобой, чтобы взять этого ублюдка. Если ты ему хоть что-то скажешь, один из моих ребят ее убьет. Я не верну тебе Софию, пока не получу Джо. Мы поняли друг друга?

– Папочка… пожалуйста. Пожалуйста, сделай это. Я не хочу умирать!

– Ты не умрешь, малышка. Папа не позволит этим ублюдкам причинить тебе боль, - он делает паузу на мгновение. – Если ты ее мне не вернешь, я найду тебя.

– Ты сделаешь так, как я сказал, и не возникнет никаких проблем.

Я вешаю трубку и смотрю на Рича. – Покорми ее. Будь милым с ней. Не прикасайся к ней! – Мой взгляд опускается на Софию. – Я спрошу тебя, сделал ли он тебе больно, и ты скажешь мне правду, - я возвращаю внимание к Ричу. – Ты не навредишь ей, и я дам тебе четверть миллиона. Если хоть один волосок упадет с ее головы, я убью тебя.

Он потирает рукой свою массивную шею. – Хорошо. Понял.

 - Твой папа работает на неправильного человека, милая, - говорю я, когда разворачиваюсь к двери, чтобы уйти.

Входная дверь открывается, и Джуд заходит в кухню. Он выглядит изможденным, и на нем надеты… - Это слаксы?

Он взглянул вниз. – Ага, не спрашивай, - ворчит он. 

Его глаза скользят по разобранному пистолету, и он вопросительно поднимает бровь. Я пожимаю плечами. – Ты знаешь, что у тебя проблемы, верно? – говорит он.

– Эм, ты смотрелся в зеркало? Вот прямо здесь… - я тычу в него пальцем. – Вот это проблема. Это что у тебя… гель в волосах? – Он проводит рукой по своим волосам.

– Я, кажется, говорил тебе не задавать вопросов? – он выглядит так, словно встревожен чем-то.

– Грубиян, - бормочу я, снова возвращая свое внимание к пистолету.

Он обходит меня сзади и наливает себе стакан воды. Я вздыхаю и встаю, направляясь к нему. Он смотрит вниз на стакан в руке, не поднимая глаз, пока я не оказываюсь прямо перед ним. Мои глаза останавливаются на небольшой кровоточащей ране на его губе.

Я хватаю его за подбородок и поворачиваю лицо на бок, чтобы осмотреть рану. – Что произошло?

– Опять двадцать пять, - рычит он, вырывая свое лицо из моей хватки. – Не доставай меня долбаными вопросами, - он бросает стакан в раковину и расстегивает рубашку, когда выходит из кухни.

– Джуд! – кричу я, следуя за ним. – Не смей от меня уходить. Что случилось с твоей губой?

Он продолжает идти, бросая рубашку на пол, прежде чем заходит в спальню. Я следую за ним, отказываясь позволить ему уйти от ответа. Что-то тут чертовски не так, и я хочу знать, что именно. Когда я захожу внутрь, он склоняется над комодом, глядя на свое отражение.