– Ты уже проснулся, парень?

Я закрываю за собою дверь. – Поспишь тут. Уже иду.

Как только я поворачиваю за угол, нахожу Марни, который сидит за столом с кофе и дымящейся сигаретой. Он уставился на газету. Его глаза медленно поднимаются к моим, и он качает головой.

– Твое имя в газете. На первой полосе. Национальные новости.

Я запрокидываю голову назад и потираю руками лицо. – Черт! – кричу.

– Что ж, здесь пишут, что ты мертв. Разорван в клочья в собственном доме, и тут же указывают на многочисленные убийства, которые пытаются повесить на мертвеца, - он переворачивает страницу и проводит пальцем по черным буквам.

Я вытаскиваю стул и сажусь. Джуд Пирсон, почетный выпускник Университета Алабамы, стал незаконным букмекером, а его карьера связана с более чем тридцатью пятью убийствами. При расследовании серии убийств по всей Долине Теннеси, произошедшей несколько месяцев назад, были найдены улики, указывающие на причастность покойного Пирсона, по меньшей мере, к трем смертям. Расследование продолжается. И там, рядом со статьей, моя фотография, еще со времен колледжа.

Марни передвигает ко мне чашку кофе. – Меня беспокоит то, что именно расследуется? – я смотрю, как он откручивает крышку бутылки виски и щедро наливает его мне в кофейную чашку. – Когда ты в последний раз говорил с Дэвидом? – он хмурит лоб.

Я чувствую, как пульс стучит в горле. Я хватаю телефон со стола и набираю номер Дэвида. Я слышу связь, но гудков нет. Абонент, которому вы пытаетесь дозвониться, недоступен или находится вне зоны действия сети.

Мои пальцы сжимаются вокруг телефона. – Ублюдок, - рычу я.

Марни облокачивается на спинку стула и молча смотрит на меня, его губы вытянулись в тоненькую линию. – Думаю, время на исходе, сынок. Ты слишком долго ждал, можешь теперь и не добраться до того домика у пляжа. Тебе нужно думать, что будет лучше для нее… теперь уже для твоей семьи. Месть – это не самое главное. Твой папа тебе это говорил.

Часть меня знает, что он прав. Я знаю, что мы должны убраться отсюда как можно дальше и никогда не возвращаться. Но есть Тор. Которая чертовски зла, и жаждет кровопролития; скажи ей, что мы уезжаем, она тут же заявит, что останется здесь, чтобы решить проблему с Джо. Кроме того, я должен убить Джо, потому что, если я этого не сделаю, я никогда не буду чувствовать себя в безопасности. Теперь я защищаю не только Тор; у меня есть малышка. Чувствую себя паршиво. Какого черта я здесь торчу?

– Джуд, у меня нехорошее предчувствие, - качает Марни головой. – Очень нехорошее.

Мне неспокойно, и я не могу заснуть. Позади меня слышно ровное дыхание Джуда, его грудь поднимается и опадает рядом с моей спиной, пока его сильная рука обнимает меня, прижимая к его большому телу. Я рассеянно изучаю его татуировки, которые тянутся вдоль его мышц, и останавливаюсь на его запястье. Я чувствую, как он шевелится, его губы прижимаются к моей голове, когда он еще сильнее прижимает меня к себе.

В одну секунду я лежу в объятиях Джуда, а в следующую сильнейший взрыв сотрясает весь дом. Кратковременная оранжевая вспышка освещает комнату до того, как ее блокирует Джуд, нависая надо мной. Он кладет руку на мою голову, прижимая меня к матрасу, его тяжелое дыхание заглушает второй громкий взрыв.

Марни кричит что-то со стороны лестницы. Джуд тут же принимает сидячее положение, его обнаженная грудь вздымается, когда он достает пистолет и вкладывает его мне в руку. Он гладит меня по щеке, заставляя посмотреть на него.

– Ты останешься здесь. Если кто-то зайдет в эту дверь, ты сначала стреляешь, а потом задаешь долбанные вопросы.

Я киваю, и он быстро целует меня в лоб, перед тем как выскочить из комнаты, словно собирается устроить там апокалипсис.

Я сползаю с матраса и прижимаюсь спиной к стене, используя кровать между мной и дверью, чтобы укрыться от всех, кто мог войти в комнату. Это Джо, я просто уверенна. Он нашел нас, а если это так, то велика вероятность, что он пришел именно за мной. У меня трясутся руки, когда я пытаюсь навести оружие на дверь. Я внимательно прислушиваюсь к шагам. Мое сердце бьется так сильно, что тело сотрясается от каждого тяжелого удара.

Через какое-то время, которое показалось вечностью, я слышу в коридоре шаги, мой палец дергается на курке. Затем раздается стук в дверь.

– Тор, это я.

Я облегченно выдыхаю воздух, который все это время держала в себе, и опускаю пистолет, когда дверь распахивается, и Джуд входит внутрь. Он замечает меня на полу и вопросительно выгибает бровь, на его лице мелькает ухмылка.

– Машина была заминирована, - говорит он. Внешне он кажется спокойным, но в его великолепных глазах будто бушует ураган пятой категории.