Она хрипло дышала, в боку кололо, но она бежала. Еще немного. Она повернула, увидела маленький домик в конце дороги. Она напряженно улыбнулась и бросилась вперед.

Сирена открыла дверь домика, ворвалась в жаркую комнату.

— Где он? — она смотрела на служанку в кресле — качалке в углу. — Где он?

Служанка сжалась.

— Он… тут, ваша светлость.

— Чего вы ждете? — рявкнула она. — Готовьте его. Ведите ко мне. Нам пора в путь.

— Да, ваша светлость. Куда мы его ведем? — служанка вскочила и принялась запихивать вещи в сумку. Она взяла маленького мальчика на руки, укутала его в одеяла.

— Прочь. Как можно дальше. Быстрее! — визжала Сирена, глядя на дверь с тревогой.

Люк вел в туннель. У них было мало времени, придется идти так.

Сирена отодвинула кресло и убрала землю с люка, открыла его. Темные ступени вели пот коттедж. Она схватила лампу с камина, передала ее служанке. Сирена забрала ребенка из рук служанки, со вздохом нежно покачала его в руках. Она так давно его не видела. Поцеловав его нежный лоб, она отправила служанку вниз по лестницу, чтобы женщина освещала путь.

Она стала спускаться, входная дверь хлопнула.

— Стоять! Именем короля! — крикнул страж. Его перо покачивалось и отмечало в нем капитана стражи.

Сирена сглотнула и попыталась двигаться дальше. Она почти спустилась, но страж поймал ее плащ и остановил.

— Пустите меня! — завизжала она.

— Ваша светлость, я не могу.

— Вы явились сюда, но все еще зовете меня светлостью.

— Я выполняю долг капитана стражи. Идемте со мной.

Он поднял ее по ступеням. Она вырывалась весь путь.

Королева Калиана прошла в дом, ее глаза пылали ненавистью. Сирена не ожидала, что она появится.

— Отдай его, — рявкнула Калиана.

— Нет.

— Отдай его!

— Никогда! Я ни за что не отдам его.

— По приказу короля, — прорычала она. — Он отрекся от тебя. Все отреклись от тебя.

— Тогда у меня остался только он, — прорычала Сирена.

— Король сказал, что пощадит тебя, если ты отдашь мальчика.

— Гадина! Мне плевать на его пощаду. Я не отдам его!

— Ты клялась. Не помнишь? Ты клялась в верности королю, земле, народу. Если оставишь его… ты потеряешь все, — сказала Калиана с тяжелым взглядом.

— Что вы с ним сделаете? — спросила Сирена, клятва давила на нее.

«Верность, долг, принятие», — слова обрушились на нее потоком воды, словно она ступила в ураган.

— Это не твое дело… и не мое. Он — наследник Дремилона. Последний наследник — мужчина Дремилона. Однажды он станет королем, и для него будет так, будто я была его матерью. Если ты — Компаньон этого королевства, то ты отдаешь его мне.

— Я знаю, кто я, — рявкнула она.

Слезы лились по ее лицу, она смотрела на малыша в своих руках. Он был самым красивым созданием в ее жизни. Она не ожидала ребенка. Она и не хотела детей, но этот чудесный мальчик теперь был ее частью.

«Как я могу потерять часть себя?».

— Он не должен быть королем, — прошептала Сирена.

— Это не тебе решать.

Клятва давила на Сирену камнем, что упал на нее с тысячи футов.

— То, что ты не родишь наследника, не значит, что ты должна забирать живущего!

— Я не забираю. Ты исполнила долг, теперь можешь уйти. Это следующий король Бьерна. Если ты верная, ты отдашь его мне, и я сделаю из него настоящего принца, — Калиана шагнула вперед и вытянула руки. — Отдай его мне, Сирена. Ты не можешь предоставить ему то, что ему нужно.

Слезы лились рекой по ее лицу, когда Калиана забрала из ее рук малыша и ушла из комнаты.

Сирена опустилась на колени, ощущая себя мертвой внутри.

* * *

Руки сжали Сирену со всех сторон, помогли ей встать. Она слышала шепот вокруг:

— Она упала в обморок.

— Ей плохо.

— Я слышал, она беременна.

Ее мысли будто кружились возле нее.

«Я потеряла сознание?».

Она помнила, как Калиана забирала ее красивого мальчика. У него были глаза отца, те самые, серо — голубые. Ее горло сжалось.

А потом это ускользнуло. У нее не было ребенка. Откуда такие мысли?

Сирена стряхнула с себя руки, и люди отошли. Она выпрямилась и высоко подняла голову, огляделась. Она была в тронном зале, но он был пустым, кроме нескольких королевских стражей, придворных и короля на троне перед ней. Он шептался с капитаном стражи с большими зелено — золотыми перьями на шляпе.