– Горжусь. И мне жаль, что я все это пропускаю.

Несмотря на то, что это она решила бросить ее, мне было жаль Татьяну. Если бы Пэкстон сказал мне, что я не смогу видеть кого-то из своих детей, я бы боролась до конца. Однако... мне все равно было ее жалко. Не могла представить, как это не иметь возможности видеть их.

– Спасибо, что ответила на мой звонок. Пусть я и не получила ответ, на который надеялась, мне стало легче после разговора с тобой. Не переживай о Роуэн, Татьяна. Я безумно люблю ее. Не могу представить себе жизни без нее.

– Это многое значит. Береги себя.

– Ты тоже.

– Габриэлла?

– Да?

– Не думаю, что тебе нужны какие-то бумаги, чтобы знать, кто ее отец.

– Спасибо.

Я оказалась в тупике, но не без теплого лучика в нем. У меня был другой шанс. Может все это было глупо. Может мне стоит остановиться, забыть обо всем, но я знала, что этого не случится. Я не успокоюсь, пока не узнаю правду. Спускаясь со скалы, я решила придерживаться плана. Если все пройдет как надо, Ми сможет сказать, является ли Пэкстон отцом обеих моих дочерей. Я отказывалась думать о "что, если", решила сконцентрироваться на положительных моментах и верить, что девочки были от него.

Глава седьмая

Пэкстон

Я сам не знал, приеду ли за ней, настолько зол я был. Вся эта ситуация была смехотворной. Я устал от этих игр. Все утро я держался подальше от рабочих, выкапывая пятиметровую яму. Лучший способ выпустить пар. К черту ее, к черту все это дерьмо. Было намного проще, когда она просто делала, что я велел, и не думала. Но тогда она была несчастна. Я никогда не думал о том, что Габриэлла не любит меня. Видимо, раньше меня это не заботило, в отличие от сейчас. Я хотел, чтобы она любила меня, и я хотел любить ее. Сильно, как никогда.

Пот, стекающий по спине, отвлек мое внимание от канавы, которую я так отчаянно рыл. Был уже почти полдень и, если я планировал присутствовать на приеме, нужно было идти. Я не ходил с ней к врачу, когда она вынашивала Офелию. И это не было чем-то неслыханным. Многие мужчины не срывались ради этого с работы.

– Блять, – произнес я, вставляя лопату в землю, и вылез из ямы. – Эй, рыжий, – позвал я парня, который обычно не входил в мою команду. Он же стоял без дела, засунув руки в карманы.

Рыжеволосый побежал, на ходу поправляя меня.

– Джейсон. Меня зовут Джейсон.

– Да, хорошо. Закончи канаву, до столба, потом резкий поворот налево к тому столбу, – проинструктировал я, кивая головой в нужную сторону. Мне было плевать на его имя. Меня волновало то, что я платил ему по часам не для того, чтобы он стоял без дела.

Попросив Пита присматривать за мальцом, чтобы тот не оставался без работы, я сел в машину и, как подбитый щенок, поехал домой к жене. Двадцатиминутная поездка прошла, как в тумане. Я даже не помню ее. В реальность меня вернули две пожилых дамы, осматривающие дом Тришы и Марка. Не таких новых соседей я себе представлял. Будет весело. Я очень осторожно выбирал, кому продавать участки. Молодым и полным жизни, как Татьяна. Триша, Лейла и Кэндес были женщинами, с которыми могла бы общаться. Габриэлла, с другой стороны, не очень.

Хоть в итоге мне и казалось, что она вписалась. Пусть это была только игра, но сыграна она была хорошо. Я фыркнул, увидев, как две пожилых женщины осматривают двор, и понадеялся, что они купят дом. Боже, я знал, что не умею подбирать соседей. Но снова-таки, я выбирал их для Татьяны, а не Габриэллы. Вероятно, ей эти старушки понравятся в отличие от моей первой жены.

Только я собрался с силами зайти в дом и пройти мимо жены без единого слова, как она снова испортила мои планы. Господи. Мне не победить.

– Почему ты плачешь?

– Ты пришел домой. Ты удивил меня.

– Почему ты плачешь?

– Не спрашивай. Просто прими душ и поедем уже.

Я в замешательстве покачал головой и подошел к ней, пытаясь понять, что же мне делать с этой безумной женщиной.

– Так не может продолжаться, Габриэлла. Я рассказал тебе все, потому что люблю тебя, и я хочу постареть с тобой и поседеть, но ты лжешь. Ты скрываешь от меня что-то, и это неправильно. Я ничего не утаил. Ты все знаешь, но не отвечаешь тем же.

– Я не из-за тебя плачу. Я плачу, потому что Морган хуже, чем когда-либо было мне. Дрю монстр. Хуже тебя. Намного.

Я отпрянул от нее, нахмурившись.

– Кто такие Морган и Дрю?

Габриэлла встала с дивана и отошла от меня.

– Это книга. Мне нужно было чем-то заняться, пока я ждала, появишься ли ты.

Я вновь замахал головой, пытаясь понять свою гормональную жену. Я этого не переживу. Слава Богу, она была уже на пятом месяце. Еще четыре лучше девяти. Но мысль о четырех месяцах вызвала головокружение. Ребенок родится раньше, чем мы успеем понять. Осталось мало времени на подготовку.