Что ж. Его сестра не боялась, когда её жених гонялся с ножом по квартире, или что он там ещё себе позволял? А он не может выдернуть собственную жену из апатии?

Игорь склонился к Саше, поймал её за руку, рывком заставил сесть, а после и вовсе стащил с кровати.

Она стояла, едва заметно пошатываясь, и непонимающе смотрела ему в глаза, словно спрашивала, зачем он это сделал.

— Ты не можешь просто так сдаться, — выдохнул ей в лицо Игорь. — Ты что, правда верила в добрые намерения своего отца? Ну, это по меньшей мере наивно. Ты же не дура, Саша. Или ты надеешься спонсировать ещё и оставшимся после твоей смерти наследством?

— Это не имеет значения, — её не задело даже это. Саша отвернулась, не удосужившись скинуть его руки со своих плеч, и смотрела теперь в одну точку на стене. — Пусть делает всё, что хочешь.

Игорю хотелось встряхнуть её, с такой силой, чтобы наконец-то все глупые мысли вылетели из головы. Так, чтобы в сознании не осталось ничего, что касалось бы её отца.

Сашу нельзя было выдернуть из этой ямы добрыми словами. По крайней мере, не быстро. Игорь не был психологом, конечно, не был и психиатром, даже не слишком хорошо разбирался в людях, но отчётливо понимал: чтобы разбить скорлупу, которой Саша себя окружила, придётся постараться.

— Ведь ты хотела детей, — выпалил он, не успев прикусить язык — или, может быть, специально? — Уже и это не имеет значения? Тогда кому ты нужна?

Он вздрогнул и непроизвольно зажмурился от пощёчины. Саша на секунду застыла, ошеломлённая, а потом заморгала, словно только сейчас поняла, где она находится.

— Господи, — прошептала она одними губами. — Ты правда так думаешь?

Игорь усмехнулся и отрицательно покачал головой.

— Но мёртвая жена мне не нужна, — отметил он. — Нашла что навесить на нос! Ну, придурок твой отец, ну, сволочь, можно подумать, это большая новость. А ты портишь собственную жизнь и рушишь своё же будущее — ради чего?

— Мне же поправляться надо… — пропустив мимо ушей как минимум половину его слов, пробормотала Саша. — Мне же нельзя голодать. И нарушать режим нельзя. И…

— Всё будет хорошо, — Игорь поймал её лицо на подбородок, всмотрелся в глаза, без удивления понимая, что в них вновь плескался страх. — Если ты сейчас возьмёшь себя в руки и перестанешь так нервничать, всё будет нормально. Веришь мне?

Саша верила. Она устало кивнула, а потом сделала шаг навстречу и уткнулась носом Игорю в ключицу. Ольшанский обнял её, настолько крепко, насколько мог, может быть, лаже грозясь поломать кости. Саша плакала, наконец-то отпустив себя, и он чувствовал, как становилась мокрой от её слёз одежда, но ничего не говорил, просто поглаживал её по растрёпанным волосам, пытаясь напомнить: она ничего не потеряла.

Всё будет хорошо.

Главное — верить.

94

29 января 2018 года

Понедельник

Саша крайне неохотно ковырялась вилкой в каше, но — ела. Запихивала в себя через силу, вспоминая о тех стимулах, что вчера придумал для неё Игорь, притворялась, что кушает с аппетитом, но каждый раз, стоило ему отвернуться, с трудом сглатывала.

Её отражение, пусть и немного размытое, было отлично видно в окне, и Игорь, даже отвернувшись, мог отследить каждое движение.

— Что, такая гадость? — спросил он, когда Саша в очередной раз с трудом заставила себя проглотить то, что взяла в рот.

— Нет, — покачала головой она. — Мне просто совершенно не хочется есть.

— Но надо.

— Надо, — эхом повторила девушка. — Я понимаю, что надо, — она опять взяла немного каши, посмотрела на неё и отложила в сторону, потом сложила руки на столе и опустила на них голову, так, словно не могла больше держаться. — Выгони меня из дома куда-нибудь на улицу. Я действительно ни на что больше не гожусь.

— Не мели ерунды. Ты прекрасно знаешь, зачем я тебе вчера это сказал.

— Чтобы вывести меня из ступора, — послушно ответила она. — Я понимаю. Просто выгони, а? Я что с собой не делаю — всё равно паршиво.

Игорь занял соседний стул и взял её за руки. Саша взглянула так, словно мечтала сию же секунду оттолкнуть мужа и умчаться прочь, но осталась на месте, только погрустнела пуще прежнего.

— Прости меня, — прошептала она. — Я правда не знаю, что со мной происходит. Я очень хочу снова быть нормальной. Честное слово.

— Расскажи, что случилось.

Но Александра отрицательно покачала головой и только крепче сжала зубы, показывая, что не сдастся просто так. Она всё пыталась переварить какую-то страшную новость, похоронить её в себе, и та, не находя выхода, билась, как птица в клетке, доводя Сашу до безумия. Может быть, ей действительно стало бы намного легче, если б выговорилась, но нет, Александра упиралась, отказывала самой себе в искренности, отворачивалась, покуда могла.

— Тебе станет легче, — Игорь придвинулся ближе. — Посмотри на меня, — Саша послушно подняла голову. — Подумай, почему ты чувствуешь себя виноватой?