– Ух, как вкусно пахнет Господин Хан! Можно? – Хотел он стянуть один из горшков, получив по рукам! – Деда сперва пригласи и ручонки вымой! А потом за стол...

– Бегу!!! – Только пятки и сверкали.

Старомест встретил меня грозой. Настоящий шторм! Грохот! Молнии по небу. Разряды так и бьют в шпиль часовой башни! Земля содрогается, ветер завывает! Ух! Красота! Мощь! Русь матушка!

– Ох, и гневается Перун Громовержец! Видать не угодил ему кто, в этом городе? Бычка надо в жертву принести. Задобрить... – Бормотал старый капитан, пока наш дирижабль обыскивали работники порта. Нет ли чего запрещённого?

– Это что такое? – Подскочил ко мне молодой и ретивый служащий, суя под нос блюдо с черным содержимым, что воняло на всю округу и испускало подозрительный парок.

– Ооо! А я думаю, где оно! – Взял я добычу из нави, передав капитану. Так и не придумал, куда это приспособить. И можно ли вообще использовать? Мазай спрятал находку в шкаф, от греха. Божился, выкинет, если на мостике ещё раз увидит!

Дождавшись, окончания процедуры и дав пару серебрушек им на прокорм, я, промокший до нитки – отправился в путь. Надо навестить дядьку Макара, что так и не отвечал на письма. Вне зоны доступа! Почту, его жены или сыновей я не знал. ‘Власюки’ недалеко, за час обернусь.

Звонки от Ао и рыжих – сбрасывал. Подарил на свою голову! Не до них сейчас. Отписался, что жив, здоров и всё.

Чтоб тебя! В седьмой раз навернулся я, на дороге. Сплошная глина и потоки воды! И зачем попёрся? Обождал бы часок, другой... Нет! Сами с усами, не послушал я Деда! Теперь расплачиваюсь. Сапоги на выброс!

Показались огни, вечер на дворе. Истошный крик петуха. Блеяние. Деревня рядом. Дошёл! Мать честная – дошёл!

На воротах никого не было.

– Странно! – Приготовил я пару склянок с алхимической дрянью для врагов – неудачные эксперименты, да в себя закинул несколько составчиков позабористей. – Око моё всевидящее, что ли приоткрыть?

Повязка с единорогом чуть приподнялась, чтобы сразу быть надетой назад.

– Больно!!! – Держался я за глаз, из которого стекал ручеёк крови. Сотни видений, дорог, развилок... В этом деле подарок безумного бога не помощник. Вышел из строя?

Всё страньше и страньше! В домах горит свет, окна заколочены, собаки лают, укрытые внутри, как и другая живность... Не понятно. Скрип! Я обернулся и со всего размаху кинул сразу две склянки во вражину. Истошный мяв, облачко пара, что поднялось над местом попадания как гриб ядерного взрыва метровой высоты! Ё – моё! Надеюсь это не то, о чём я подумал?

– Вот черт! То! – Подошёл я к куску изжеванного мяса, что осталось от котейки, и выругался. – Прости дурака! – Взял я его на руки и отошел за дом, выкопав ямку лопатой, что валялась на заднем дворе и похоронил... – Пусть к тебя ластятся сразу три кошечки – в твоём кошачьем раю!

– Тук! Тук! Тук! – Заколотил мой кулак в дверь старосты. С той стороны зашикали. Настала тишина. – Бом! Бом! Бом! – Повторил я на бис.

– Кто там? Уходи змея подколодная! Тварь ночная! Сегодня ты здесь не поживишься!!! – Выкрикнула Марфа, судя по голосу. Тучная, добродушная жена дядьки Макара. Вечно пирожки с мясом в карманы мне подкладывала, пока я дела с её мужем обсуждал.

– Это Хан! Болотный! Мне письмо пришло от старосты, вот я и приехал. Тёть Марфа! Открывайте, давайте. Холодно и дождь! – Пытался я укрыться от сплошного потока воды под навесом у крыльца. Не получалось... Маленькое слишком.

– Чем докажешь? – Звонко пискнула их младшая дочь семи лет, глядя на меня любопытным глазом в замочную скважину. Чистая зелень, а не глаза! Ведьма растёт!

– Я конфетки принёс, – достал я куль в три килограмма из рюкзака. Детей у них много и этого мало будет.

– Это Ханчик! – Взвизгнула она радостно и стала открывать дверь, но получив по заднице от мамы – обиделась и отошла. – Как зовут нашу корову? – Продолжалась проверка меня любимого.

– Елизавета! – Сквозь завывания ветра прокричал я.

Дверка, скрипнув, отворилась:

– Давай, давай, – подгоняла меня Тётя. – Быстрей! – Еле успел убрать я ноги, как дверь захлопнулась, едва их не прищемив. – Уххх, пронесло... – Вытерла она вспотевший лоб.

– Конфетку! – Подскочила Маруся, обняв меня за талию.

– Держи! – Вручил я ей весь пакет.

– Йхуууу! – Побежала она к себе в комнату, убегая от других детей – не желая делиться и улюлюкая. Судя по грохоту на верху, её настигли. – А моя доля? – Обиженно пищала она.

– Чего стоишь Сергей?! Иди, догони их! Аппетит испортят, – послала она одного из сыновей вслед за младшими и повернулась ко мне. Тот кивнул – здороваясь, и помчался. – Как мы тебя ждали Хан! – Всплеснула она руками и повесилась у меня на шее – зарыдав. С удивлением отметил, что стал выше её на пару сантиметров.