– На, на, на! – Пинал я валяющийся бурдюк, выколачивая последние капли. – Кровавое безумие продолжалось, пока от него не осталась только кожа, да ошмётки. Мир подёрнулся рябью, и меня потащило назад. Еле успел подхватить корзинку и останки! Семь потов сошло!

– Очнулся, очнулся, – прыгал у кровати Сёрёга! Под глазами чёрные круги! Миша выглядел не лучше. Осунувшиеся. Потерянные.

– Сильно? – Задал я самый важный вопрос сейчас.

– Сам посмотри... – Помог он мне подняться и подвёл к зеркалу, из которого на меня взирал шестнадцатилетний муж, с недельной щетиной. Два года забрал – тварь! Волосы посидели... Еле стою на ногах. Легко отделался...

– Чтоб я ещё раз отправился в навь! – Лукошко и кожа были здесь.

– Что это за вонь??? – Запихнул руку мне в карман Святополк, вытащив чёрную массу...

Глава 17

Чтобы сделали бы вы на моём месте? Перво-наперво? Я вот, решил свести счёты. Начались допросы. Дерьма всплыло немерено... Кого только в жертву Эстонцы не приносили! И путников. И сборщика налогов. И своих. Всех, на кого укажет их божество. Особенно он любил девственниц. Круговая порука. Все, всё знали, но молчали. Урожай год от года лучше. Ни засухи тебе, ни саранчи. За такое не грех и пустить под нож. Прогадали они – очень сильно! Не согласных – честных людей уложили на жертвенник первыми. Осталась одна гниль!

– Я, Сотник армии Императора Российской Империи, Хан Болотный – приговариваю старосту деревни, его совет и самых активных участников секты к смерти. Привести приговор в исполнение. – Кивнул Кузьме ‘Мягкой лапке’.

– Пощадииии! – Разносилось со всех сторон по площади. Не дождётесь...

Как это – самых активных? Есть тут пара старух, что уговаривала скармливать твари больше жертв, чем он требовал, надеялись, что он сможет со временем омолодить их. Верещали бабки, когда их садили на кол – громче всех. Я был невероятно зол, вот и выбрал этот тип казни. Налёт аморфности, квелости прошлого мира, с меня снимало словно наждачной бумагой. Казнь, не вызывает уже прежних эмоций, чувств. Лишь злорадство. Как они извивались!

Но что-то всё-таки осталось! Остальных ведь я пожалел?! Не монстр я, не монстр. Пока...

Так и пошла наша служба. Деревня, за деревней. Тут их было море! Правду говорил Михаил – зажрались... Начальство было довольно. Мы одни из лучших по захвату мелких поселений в тысяче, а то и части. Вереницы рабов потекли в Империю. Наград наобещало! Получили, как обычно кукиш с маслом. Но я, рождённый в СССР и живший в России, в этом не сомневался, почему и не надеялся на такое. Всё сами! С усами!!!

Долю, конечно, нашу не зажимали. Но этого было мало... Вот и гонял туда – сюда мой дирижабль, перевозя контрабанду. Богател день ото дня. И о других не забывал. Платил хорошо. Все довольны! Так казалось, по крайней мере, по началу...

– Как война закончится – заведу себе девушку. Постоянную!!! – Рассказывал нам свои планы Сергуня, делясь сокровенным. Успел уже прослыть ходоком. – Платьев ей накуплю, – всегда болезненно воспринимающий бедность своей семьи, что продала его за льготы, считал он добро. И это меня называют прижимистым? Час искал медь, что уронил в снег! Медь!!! Час!

– А я куплю Софии, такой платок, которого ни у кого нет! Расписной! В жемчугах и самоцветах! – Улыбался он, представляя её в нём. – Когда уже? Скоро? Как думаете? – Война достала всех... Усталость, не физическая, а моральная.

Ответил я:

– Думаю да. Видели, сколько народу нагнали? Массовая истерия, какая – то! Многие предпочитают убивать, а не брать в плен! Из них и половина в Питере не была, а туда же... Скоро! Да... Скорой войне конец!

– Ревизор ещё этот чёртов! Думаешь, сдал кто? – Упомянул он проблему. Точнее две проблемы. Зашевелились родственники того подонка, что я принёс в жертву. Помните? Панкратьев фамилия. Александр. Науськали, не иначе. Нашептали ему! Копает. Носом роет! Чует зараза!!! А ещё и мои делишки контрабандные всплыли как – то! Кто это такой хороший стучит? Проблемы комом навалились! Вот и прислали – копать и докопаться!

– Сдал, не сдал, неважно уже... Доказательств нет. Придётся затихариться.

– А что насчёт? – Недоговорил он.

– Доказательств нет! – Надавил я голосом, на чём вечерняя беседа и завершилась.

Бывший вертухай – не отставал. Весна на дворе, снег тает, птички поют, а он ходит, лезет везде – своим наглым лысым черепом и пивным животиком. Ключами бренчит, обходя посты по ночам. Нахватался на зоне повадок. Спать не даёт! Только и слышно брям...брям... Беруши надо придумать! В этом мире их нет! Озолочусь!

И не укоротить! Полномочия у него выше моих. С поста снять может – запросто. Убить? Не выход. Да и не сделал он мне ничего. Свою работу выполняет. В доверие втирается. Байки парням травит. И всё исподтишка! И не заметишь, не приглядевшись!

– Помню одного зэка – кличка ‘Медведь’. Правильный был до ужаса. Начальство боялся. Слово поперёк никогда не говорил. И знаете что?

– Что?

– Досрочно вышел! Я лично поспособствовал! Мораль улавливаете? – Окинул он солдат взглядом, к коим присел без спроса.